В глубине Санкт-Эринбурга, за пределами богатых поселков, ущербная деревня скрывается в тени старого леса. Узкая дорога извилистой формы приводит к заброшенной территории, окруженной ржавыми валунами и полупроломленными каменными статуями птиц. Камни покрыты зеленым мхом, некоторые даже отвалились, оставляя видимым скрывшийся внизу мир....
Насчет странных происшествий Никита был с ней полностью согласен. Только вот амулеты здесь вряд ли помогут.
Глава тридцатая
Сплетница
Яна Давыдова вернулась домой в сильном смятении. Выйдя из театра, она почти бежала, стремясь поскорее укрыться от посторонних глаз. На нее все так же оборачивались парни, но теперь ей казалось, что они видят в ней нечто иное. Не красавицу, а скорее какую-то диковинку из кунсткамеры. Она вошла в квартиру, захлопнула за собой дверь и только затем перевела дух.
Что с ней случилось? Яна не понимала.
Она встала перед зеркалом в прихожей и сбросила с себя плащ. Подняла руки и осмотрела их так, словно видела впервые. Руки как руки, ничего необычного. Яна ощупала пальцы. Ей показалось, что суставы как будто стали мягче. Она могла продавить свои кости рукой. Но почему она ничего при этом не чувствовала?
Яна взяла себя за указательный палец.
"Откуда взялась эта невероятная гибкость? Наверное, действие сыворотки Феликса Ковригина все еще продолжалось. Яна обхватила себя за левую руку и потянула вниз. Ее рука с легкостью согнулась в локте – в обратную сторону. И никакой боли!
Уже смелее Яна обернула руку вокруг шеи, словно шарф. Отпустила.
Яна согнулась пополам, поджала ноги, сложила вместе плечи и опустилась на пол. Ее тело гнулось с податливостью пластилина. Она могла завязаться в узел, а могла вытянуться и стать в два, а то и в три раза выше ростом. Яна распрямилась, резко выдохнула и втянула живот. Ее талия вытянулась и стала одной толщины с шеей.
Яна фыркнула. Да она теперь сможет протиснуться в любую щель!
Определенно, это начинало ей нравиться.
