Аврора шагала по тротуару, окна иллюминируя ее путь яркими свечами, когда августский солнечный свет заиграл на крышах домов. Жизнерадостное утро скоро оборачивалось вечером, что не только приносило легкий дискомфорт, но и вызывало острый интерес. Когда последний луч застыл на горизонте, девушка вздохнула и аккуратно сбрасывала бумажную обёртку в ближайшую урну, готовясь к встрече с друзьями, которые ждали уже довольно долго....
Сейчас столько всего придумано для пугания народа…
Тем более, что:
— Спасибо, — с самым серьёзным видом отозвался он, наконец, отпуская, усаживаясь.
Ещё бы дотошно разглядывать меня перестал своим нереальным взором, полыхающим медными бликами, и вообще бы хорошо. Но нет. И где-то здесь меня окончательно перемкнуло. Сменившее ужас удивление скрылось под натиском любопытства. Так что, чуть подумав, уселась напротив него, тоже принявшись внимательно его рассматривать.
В полутьме комнаты татуировки, покрывающие его тело, были едва видны, поэтому данную роскошь я оставила на другой раз.
— И всё-таки: линзы или мутация? — поинтересовалась, продвинувшись ближе, чтобы полнее изучить особенность его глаз. — Бликуют, как у животных."
"Не ответил. Зато заинтересованности во взоре прибавилось.
— Проверь, узнаешь, — предложил.
Хотя то больше на вызов походило. А их я люблю. Я вообще азартная. Так что придвинулась к нему совсем вплотную, ухватив обеими ладонями лицо, и принялась крутить его голову в разные стороны.
— А клыки? Как они появляются?
Да, в рот я тоже полезла. И нет, мне нисколечко не было страшно. Знала, что не обидит. И не только потому, что уже сделал бы это, если б захотел. Чувствовала внутренним чутьём, а оно меня ещё ни разу не подводило. Даже когда у него и правда принялись удлиняться оба клыка, не испугалась.
Это же!..
— С ума сойти можно! — обозначила одной фразой все сопутствующие происходящему эмоции. — Что-нибудь ещё? — поинтересовалась азартно следом.
В глазах цвета грозового неба в очередной раз сверкнули медные росчерки, а их обладатель рассмеялся. Да так открыто и обезоруживающе, до мурашек по всему моему телу, отчего я откровенно зависла. А ему и того мало.
— Не думаю, что ты к этому готова прямо сейчас, — хмыкнул, чмокнув меня в нос, заставив невольно поморщиться.
Вопреки внешнему кривлянию в душе принялось разгораться горячее солнце.
— А ты проверь и узнаешь, — вернула я ему его же слова.
И когда он поднялся на ноги, приготовилась увидеть новое чудо в его исполнении. Напрасно. Он одеваться принялся. А меня это вдруг привело в такую панику, сердце того и гляди разорвётся.
— Ты уходишь?! — подскочила за ним следом.
Одеваться он не перестал.
— Да.
Умереть и не воскреснуть.
