В комнате царила тишина, нарушаемая только дыханием собравшихся. Магистр Аберардус с презрением глядел на студентку Миннелли, требуя расчета нужного праха для земноводного. Однако она не отставала: записывая все в блокнот, уверенно считает и вычисляет количество необходимого материала....
Только стол был таким широким и так обильно уставлен яствами, что мне его даже видно толком не было. Он улыбнулся и помахал мне рукой. И тут же я поняла, что злиться на него не могу. А вот на ректора и его собеседницу — очень даже могу. И на дурацкий стол с огромными блюдами, с которых нельзя ухватить и кусочка.
— Как думаешь, — шепнула я Рилану, — гости здесь часто падают в голодные обмороки, пока ждут императора и императрицу?
— Полагаю, что дворцовый этикет такого не позволяет, — так же тихо шепнул мне он.
И тут снова все начали вставать со своих мест, а в дверях зала появились император и императрица.
Очень сомнительно, что такая невестка, как я, придется им по нраву, что бы там они ни говорили своему сыну.
Первой мыслью, когда я увидела императора с императрицей, было: теперь понятно, в кого принц такой красавчик. Император оказался суровым мужчиной с широченными плечами и квадратным подбородком.
Они остановились во главе стола, и император хорошо поставленным голосом объявил:
— Приветствую вас, самые верные из моих подданных, в это чудесное утро. Прежде всего хочу успокоить всех, кто волновался за здоровье младшего принца. Ему стало лучше, намного лучше. И сегодня доктор даже разрешил прогулку по парку. Как вы понимаете, этим мы обязаны главному королевскому лекарю сиру Гильяму.
Император сделал жест рукой, и лекарь поднялся со своего места. Я успела отметить, что это очень близко к началу стола, где восседали царствующие персоны.
