В комнате царила тишина, нарушаемая только дыханием собравшихся. Магистр Аберардус с презрением глядел на студентку Миннелли, требуя расчета нужного праха для земноводного. Однако она не отставала: записывая все в блокнот, уверенно считает и вычисляет количество необходимого материала....
Предвкушение, сладкий ужас, сердце, колотящееся так громко, что кажется, его было бы слышно во всем замке, не будь над нами полога тишины. Я уловила его дыхание ни своих губах и подалась вперед. И в это же мгновение лицо ректора переменилось. Взгляд стал жестким и холодным, губы сжались. Магистр Линард сделал шаг назад.
— Знакомый аромат, — сказал он холодно. — Как он к тебе попал? Ты выкрала его у магистра Калмин?
— Нет! — воскликнула я. — Она сама мне его дала. Но это не для вас, а для… Для других людей. Я ведь понятия не имею, кто и что задумал.
— А тебя не смутило, что с этими духами ты и сама уязвима? И можешь выболтать все свои секреты?
— У меня не так уж и много секретов… — успела ответить я, прежде чем с языка сорвалось: «Да и я понятия не имела!» — мне пора идти… Сир Магфрид может не дождаться.
— Будь с ним осторожнее. Он, вроде бы, неплохой человек, но тот еще хитрый лис. Впрочем, в его профессии иначе нельзя.
— Не волнуйтесь, у меня ведь есть этот браслет, — для пущей убедительности я покрутила рукой.
Магистр Линард только устало вздохнул.
— Я вот еще что хотела спросить… — начала я, но он меня прервал:
— Только посмей!
Он буквально пригвоздил меня к стене тяжелый взглядом, в котором явственно читалась угроза. И хотя я хотела всего лишь узнать, как долго он здесь пробудет, озвучить свой вопрос не решилась.
— Доброй ночи.
Полог тишины осыпался искрами, и магистр Линард удалился по коридору. А я еще долго стояла на месте, вслушиваясь в то, как затихают вдали его шаги, а в висках стучало: «Хотел бы я, чтобы это было так»…
Глава 24
Сирра Магфрида я застала все там же, за столом в кабинете.
А ведь похоже, что жизнь летописца со стороны выглядит скучно и однообразно. Просто сидит человек, склонившись над листом бумаги, и что-то там царапает. И какие бы страсти ни выходили из-под его пера, какие бы интриги там ни плелись и какие бы баталии ни разворачивались, его собственная жизнь именно такова: ссутуленные плечи и лист бумаги, который вновь и вновь нужно заполнять буквами.
Только вот среди бумаг стоял еще кубок с вином.
— Аллиона? — он привстал из-за стола. — Уже так поздно. Я думал, вы не придете.
Магфрид виновато улыбнулся. У меня не оставалось сомнений: если бы аромат духов успел достигнуть того угла, где стоит стол, Магфрид, сказал бы: «Я надеялся, что вы не придете».
