В дыму и тени старого города, железному пламени мерцают тысячи огней. Мистик Жанны Французской и романтическая мечта героя-предательницы переплетаются в этом откровении страсти и предательства, где каждый шаг может быть последним.
А как насчет тебя? Ты женат? Дети есть? Есть тут кто-то, кому ты, по сути, лгал на протяжении всех отношений?
Бреннан вздрогнул:
– Партнера нет. Детей тоже. И я тоже не готов об этом болтать. – Он засунул руки в карманы кожаной куртки и вздохнул. – Слушай, не хочу казаться ослом. Но детали – это не то, что тебе следует знать, пока ты не научишься стабильно держать щит против считывания памяти…
Я содрогнулась при мысли о том, что Даин может прикоснуться ко мне и увидеть все это. Увидеть Бреннана.
– Ты прав. Не говори мне ничего.
Глаза брата сузились.
– Ты слишком легко согласилась.
Я покачала головой и направилась к двери, бросив через плечо:
– Нужно уходить, пока я еще кого-нибудь не убила.
Чем больше я вижу здесь, тем большей помехой становлюсь. Для планов Бреннана. Для планов революции. И чем дольше мы здесь… О, небо. Остальные.
«Нам нужно возвращаться», – сказала я Тэйрну.
«Знаю».
Бреннан догнал меня: встревоженный взгляд, крепко сжатые челюсти.
– Не уверен, что возвращение в Басгиат – это лучший вариант для тебя.
Но, вопреки этим словам, он все же открыл передо мной дверь.
– Нет. Но это лучший вариант для тебя.
* * *К моменту, когда мы – Бреннан, его оранжевый кинжалохвост Мабх, а также Тэйрн и я – добрались до Сгаэль, я уже дико нервничала. Огромная темно-синяя кинжалохвостка стояла в тени нескольких высоченных деревьев, будто охраняла что-то. Или кого-то. Андарну. Сгаэль зарычала на Бреннана, обнажив клыки и сделав к нему угрожающий шаг. Она полностью выпустила когти, и теперь лапа ее выглядела как идеальное оружие из нескольких острых «клинков».
– Эй, это мой брат! – предупреждающе крикнула я, становясь между ним и драконицей.
– Она знает, – пробормотал Бреннан. – Просто не любит меня. Никогда не любила.
– Не принимай на свой счет, – сказала я прямо в морду Сгаэль. – Ей никто не нравится, кроме Ксейдена, и меня она всего лишь терпит. Пусть я и роднее им с каждым днем…
«Словно опухоль», – ответила мне драконица по общей для пятерых ментальной связи, исключив Ксейдена.
Теневая, мерцающая связь на краю сознания стала сильнее и словно потянула к себе.
– Кстати, сюда идет Ксейден, – сказала я брату.
– Это охуительно странно. – Бреннан сложил руки на груди и посмотрел мне за спину. – Вы всегда чувствуете друг друга?
– Типа того. Все дело в связи между Сгаэль и Тэйрном. Я бы сказала, что постепенно к этому привыкаешь… но нет.
