В дыму и тени старого города, железному пламени мерцают тысячи огней. Мистик Жанны Французской и романтическая мечта героя-предательницы переплетаются в этом откровении страсти и предательства, где каждый шаг может быть последним.
Тактика виверн изменилась в считаные секунды, как и у управлявших ими наездников, и они пролетели под тучей, уворачиваясь от летящих вниз туш.
– Твою мать! – закричал Ридок, а убитые виверны падали на четыре дороги, ведущие к Басгиату, пропахивая глубокие борозды.
Второй раз это не сработало бы, и я перекатила в ладонь проводник и призвала силу вновь, в поток быстрее и сконцентрированнее, прицелившись в ближайшую виверну с наездником.
Через меня хлестнул огонь, промазав мимо нужной цели, но попав в следующую.
Вот дерьмо.
«Думай о следующем разряде, а не о прошлом», – сказал Тэйрн.
– Стоять! – крикнул Ксейден, оставляя мне зону обстрела свободной как можно дольше."
"Я снова подняла руки, позволяя энергии Тэйрна господствовать в своих костях и мышцах, затем призвала новый разряд. Энергия рванула через меня, но вместо того, чтобы палить из ладоней, я сфокусировалась на пальцах, как меня учил Феликс, опуская их вместе с разрядом, направляя к цели, будто я – дирижер, а молния – мой оркестр.
В этот раз удар получился что надо: виверна и ее наездник упали, разделившись в воздухе, – два безжизненных тела.
И они были уже здесь.
Отряд матери поднялся навстречу первой волне, вторгшейся в их сектор. Аймсир разорвал горло виверне, после чего я потеряла из виду и мать, и Миру, когда орда прошла над их сектором к следующему.
«Сосредоточься на своем секторе», – приказал Тэйрн, и я оторвала глаза от места, где в последний раз видела свою семью.
С каждой секундой отряды вокруг и позади взмывали на защиту своих зон, и когда нашу черту – конец укреплений Басгиата и начало склона – пересекло первое грозное серое крыло, я напрягла все мышцы.
Тэйрн попятился, потом метнулся к краю хребта, ударяя крыльями на бегу, и взлетел.
С первым саднящим порывом ветра я нацепила на глаза очки, но тут же стянула их обратно, когда поняла, что из-за дождя через них ничего не видно.
«Этот – наш», – сказал мне Тэйрн, полетев прямо на самого быстрого и первого из орды.
Квинн и Имоджен отклонились влево, направляясь к другим целям, и я видела краем глаза остальной отряд, но смотрела только на виверну, которую приговорил Тэйрн.
Я сжала проводник одной рукой и подняла вторую, когда пространство между нами сузилось до мгновений. За энергией тянуться было не надо, она уже была рядом: бежала по венам, заряжала небо над головой.
