В дыму и тени старого города, железному пламени мерцают тысячи огней. Мистик Жанны Французской и романтическая мечта героя-предательницы переплетаются в этом откровении страсти и предательства, где каждый шаг может быть последним.
И кто знает, сколько их еще, сколько вэйнителей подбираются к нашим границам прямо сейчас, пока мы живем своей жизнью.
На первом этаже туда-сюда сновали первокурсники, спеша выполнить свои поручения, но двор, к счастью, оказался пуст, и воздух был свежее, чем вчера, – чувствовалось, что скоро польет дождь.
Я согнула ногу, прижала пятку к бедру сзади, растягивая мышцы. Хотя я обильно намазалась мазью, ожог на спине все еще болел, пусть и в сто раз меньше, чем вчера.
– Тебе же говорили, что второкурсникам можно дрыхнуть лишний час? Отсутствие утренних дежурств – один из плюсов, которыми мы наслаждаемся.
– Ага, это плюс для тех, кто может спать. – Я принялась растягивать мышцы на другой ноге. – А ты что тут делаешь?
– Решила составить тебе компанию. – Она тоже начала делать растяжку – разминая не только ноги, но и мышцы шеи. – Хотя и не понимаю, за каким хреном ты каждое утро бегаешь.
У меня похолодело сердце.
– Откуда ты знаешь, что я бегаю по утрам? Если Ксейден думает, что мне и в этом году нужна нянька… – Я тряхнула головой, не в силах закончить эту мысль.
– Не переживай. Ксейден не знает. Просто моя комната как раз над твоей, и, скажем так, я тоже не дружу со сном в последнее время. – Взгляд Имоджен метнулся к ротонде, из которой вышли кадеты.
Даин. Сойер. Рианнон. Боди. Я заметила почти всех командиров Четвертого крыла.
Углядев нас, Ри и Сойер тут же направились к нам.
– Ну так что, Сорренгейл, зачем мы бегаем? – снова спросила Имоджен, заканчивая растяжку.
– Потому что я не умею бегать. Короткая дистанция – еще ничего, но на длинной… я не дотяну.
Не говоря уже о том, что мои суставы не выдержат.
Имоджен пристально посмотрела мне в глаза, и я прочитала на ее лице удивление."
"Боди чуть задержался и теперь шел через двор. Его походка была так похожа на походку Ксейдена, что на миг мне показалось – это он.
– Ты чего так рано встала? – сунув под мышку блокнот, спросила Рианнон, когда они с Сойером подошли к нам.
– А ты чего? – вымученно улыбнулась я. – Хотя, как я понимаю, у руководства собрание.
– Ага. – Ри вгляделась в мое лицо и обеспокоенно нахмурилась. – Ты в порядке?
– Сто процентов. И как собрание? – Жалкая попытка вести непринужденный диалог, когда в голове у меня все еще прокручивались жуткие картины Рессона из моего кошмара.
– Нормально, – ответил Сойер.
