— Значит… Тара была твоей сестрой? Ты через нее была связана с клубом? — спросила я, желая до конца разобраться во всем.
Она устало выдохнула, и ответила отстраняясь:
— У меня нет сестер, Элия. Джон был моим единственным братом.
Я напряженно наблюдала, как она направилась к двери, стянув со стола сумку, и в последний момент обернулась ко мне.
— А с клубом я связана много лет. Но не из-за Джона. — Пояснила она, а в ее глазах что-то сверкнуло. — Форд был моим мужем.
Весь оставшийся день, я ходила под тяжелым впечатлением из-за разговора с Брендой. Ее признание в конце, окончательно ввело меня в ступор и смятение. Я отрешенно проводила время с Максом, и весь день бессовестно баловала мальчика. Наблюдая, как он радуется, мое сердце хоть на ценные мгновения — заполнялось исцеляющим успокоением. Тот факт, что Бренда была замужем за таким человеком, почему-то еще больше насторожил меня по отношению к ней! Внутри передернуло от одной только мысли — какого ей было, когда она узнала что ее муж убийца родного брата!? Однако вспоминая, с каким хладнокровием женщина все это рассказывала, невольно сложилось впечатление, что она уже давно скинула со своего сердца этот груз!
После этой правды, мои переживания за Абеля, с другой стороны начали терзать сердце. Сколько испытаний пришлось ему пройти, с таких ранних лет!? Сколько раз судьба испытывала его на прочность…?
Мой воспаленный мозг анализировал одну мысль за другой, что создались целым облаком новых вопросов, после того, как я получила свои ответы. Лишь об одном я упорно старалась не думать, и всеми силами блокировала беспокойную мысль — что Абель сделал с Фордом!? Как поплатился этот человек за свои грехи!?
Вечер пришел очень быстро, и неохотно уложив Макса, я еще довольно продолжительное время оставалась в его комнате, не желая идти в пустую спальню. Прочитав всю сказку, несмотря на то, что мальчик давно уснул, я в какой-то момент все же отложила книгу, и принялась гипнотизировать вращающийся ночник. Он оставлял на стенах мерцающие мягким светом фигуры: звездочки, луну, облака… и каким-то образом убаюкивал мое беспокойное сознание. Тяжесть переживаний сидела внутри, заставляя возвращаться к болезненным мыслям, но эти медленные вращения успокаивали меня. И я позволила себе просто передохнуть и согреться этим мгновением.
В какой-то момент мой взгляд оживился, и бесшумно поднявшись с кресла, я направилась к детской кровати. Поправив одеяло на маленькой фигурке, я осторожно провела ладонью по светлой, шелковой макушке и вышла из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь.
Тихо ступая по коридору, я первым делом направилась в зал, где Артиста в этот момент не оказалось.