А ведь она до сих пор только с Харальдом, ни с кем другим…
Пусть заплатит, зло подумала она. Пусть за все заплатит.
И следом, странное дело, Красава сама же подумала снисходительно — ну, пусть. Только он еще может пригодиться. Так что не надо усердствовать…
— Он простоит так до вечера, — громко объявила Красава. — И его мужское копье никогда больше не нальется силой. Это вергельд, который я возьму за свое бесчестье. И это еще слишком маленький вергельд. Следовало бы вас убить, но вы мне еще понадобитесь. Ступай. Растопи для меня баню и пришли рабыню, чтобы прислуживала. Потом приготовишь мне обед. И ложе.
Старуха глянула на нее потрясенно, покачнулась — и вышла.
Красава снова задумалась. Пожалуй, шелковые платья ей ни к чему. Это может насторожить Харальда, когда он ее снова увидит…
Этой ночью Тор опять пролетит над Йорингардом. А его человек, выйдя на охоту зова, оставит убитую жертву рядом с подворьем Свенельда.
Значит, уже завтра я вернусь в крепость, к Харальду, счастливо подумала Красава. И Забавка, змея подколодная, за все заплатит. Она у меня еще кровавыми слезами умоется. Ох, скорей бы…
На следующую ночь после смерти Хольгрена ничего не случилось. А на вторую с неба ухнуло — и прямо на навесы упало очередное тело, проломив крышу и ясеневое днище драккара, оказавшегося снизу.
Харальд в это мгновение шел вдоль крепостной стены, неподалеку от бань. Рядом во мраке скользили два пса — тихо, неразличимыми тенями. И за спиной печатал шаг Свальд, в первую же ночь набившийся брату в спутники.
Причем под самым благовидным предлогом — напомнив, что сам Харальд запретил ходить по крепости в одиночку.
Вокруг был Йорингард, настороженно затаившийся в ночной темноте, вдоль стен горели частые костры. Но люди, стоявшие возле них, не смеялись и не шутили. Тихо было в крепости, тревожно…
Так что грохот пробитого навеса разнесся далеко.
Харальд кинулся к берегу. Следом, не отставая от него, бежал Свальд. Один из кобелей коротко, азартно рыкнул — и псы понеслись рядом с хозяином, мгновенно его догнав.
Плохо было то, что звук падения услышали по всей крепости. Со стороны ворот к фьорду тоже спешили люди — Харальд слышал далекий топот, накладывавшийся на хруст снега под его ногами. И под ногами Свальда…
Он добежал туда, где под навесами уже трепетал огонек одного факела. Встал рядом с троицей воинов, первыми отыскавшими тело.
Труп, пробивший навес и доски драккара, походил на мешанину из лохмотьев бледного мяса и торчавших переломанных костей.
