И ты меня пугаешь!
Уверена, это был он, кто же еще?! Кто бы другой избавился от конюха — надеюсь, тот жив и здоров, от Никласа можно ожидать чего угодно! — а потом воспользовался придуманным мною заклинанием, чтобы тщательно затереть магические следы и скрыть собственное присутствие…
Кто бы еще пришел искать меня в Бростон-Холл, но не постучался в дверь, а вместо этого спрятался в деннике моей лошади, и к кому Гроза отнеслась совершенно спокойно, потому что давно уже привыкла?
Тут иллюзорное заклинание исчезло, гора соломы шевельнулась, и я увидела своего друга детства — бледного, с перекошенным болезненной гримасой лицом. Он сидел на земле, привалившись спиной к стене. Рукав его темной куртки был разорван на предплечье, в дыре виднелась светлая туника, пропитанная кровью, и неумелая, набухшая от нее же повязка.
— Вот мы и снова встретились, леди Бростон! — заявил он, скаля зубы. — Даже раньше, чем ты преполагала, Одри!
Попытался подняться на ноги, и его смуглое, привлекательное лицо снова искривилось от боли.
— Что с тобой?! — выдохнула я. — Ты ведь ранен!.. Но как? Кто?!
— Стрела, — признался он. — Я ее вытащил и попытался затянуть рану. Но внутри есть что-то магическое, и я не могу с этим справиться. Помнишь, как ты спасла моего отца, когда его подстрелили егеря? Залечила и убрала их метку. Вот и я… Я пришел за твоей помощью, Одри! Явился к тебе во всей красе.
Никлас глядел на меня не отрываясь. Так, словно давно не видел, а теперь не мог насмотреться. Так, словно заблудший путник в пустыне, наконец-таки набредший на живительный оазис, который принес ему избавление от жутких страданий.
— Помоги мне, Одри! — прохрипел он, видимо, заметив мои колебания.
— Ну конечно же, «помоги мне, Одри!» — выдохнула я. — Значит, явился ко мне за помощью? Молодец, Обрайн, что я могу еще сказать?!
Зашла в денник, закрыв за собой дверь. Мимолетно коснулась Грозы, повела рукой по ее пышной гриве, и лошадь всхрапнула от моей быстрой ласки. Затем я привычно нырнула в магические потоки. Но перед тем, как обратиться к целебной магии, предусмотрительно раскинула над нами защитный купол, поглощающий магические колебания.
— Дай-ка я на тебя посмотрю во всей твоей красе! — заявила Никласу. — Да не на тебя же, а на твою рану! Сейчас будет очень больно, — предупредила его.