Вот кто придумал бросать букет на свадьбе? В длинных платьях мы смотрелись как прекрасные бабочки в волшебной оранжереи, а свисающие со стен ленточки создавали невероятную драматическую атмосферу. Этот роман о смелой девушке, решившей взять на себя роль жениховского букета и вырваться из условной реальности....
Похоже, «Жена для Чудовища» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Вот так просто, да? А спасибо? Нет, я поняла, что ты суров и властен, но можно ко мне хоть капельку внимания?
— Идите, я наведу порядок, — Армандо выпрямился и, набросив на голову капюшон и закрыв лицо маской, направился к телу монстра.
— Эльда бра сет! — Звучно раскатился голос по опустевшим улицам.
Мне показалось, серебристые узоры на плаще заискрились. Мёртвое чудовище и его маленьких сородичей поглотил слепящий свет. Мы с Ливаем и Заком отвернулись, жмуря глаза, Армандо стоял, патетично раскинув руки, будто певец на сцене.
— Ты здорово себя показала, Данушка, — Зак подал мне руку и помог подняться. — Сейчас погрузимся и сможешь нормально отдохнуть. Если позволишь, я расскажу тебе о нашем мире всё, что тебя интересует.
— Армандо расскажет, — холодно отрезал Ливай, решивший проверить ремешки седла Одуванчика. — И её зовут Диана, — отрешённо исправил он.
Ого.
Хоть и неинтересно было, а всё же запомнил? Приятно.
Ливай закончил затягивание ремешков и протянул мне руку.
— Садись. До поезда далеко, а у тебя обувь неудобная.
Он удивляет меня всё больше. Заметил, что я на каблуках!
— Армандо нельзя в поезд, — встрял Зак. — Тем более с настолько особенной иномиркой. Мы не доедем.
— Виверны выдохлись. Длинный перелёт никто не осилит, — Ливай усадил меня в седло. — Держись крепче. Здесь петлю пристегнул. На запястье намотай, легче будет. Наш вагон первый от головы. Одуванчик знает.
Я рассеянно кивнула. Вспомнила, что до этого держалась только благодаря тому, что он крепко прижимал меня к себе, а теперь что, одну отправит?! Но вдев руку, как он показал, поняла, что чувствую себя уверенно.
— Почему его зовут Одуванчик? — не удержалась я.
— Любит нюхать одуванчики. — Пожалуй, только Ливай мог произнести эту фразу с той же суровостью, что и отдавал приказ собрать выживших солдат. — Армандо говорит, что у всех есть скрытое чувство прекрасного.
Мне показалось или Ливай и Зак посмотрели на виверну с завистью, будто он постиг то, что им не дано.
Я наклонилась вперёд и осторожно коснулась чешуйчатой кожи. Прикольный. Никогда не трогала ничего похожего. Горячий и шевелиться. Божечки, неужели я не сплю и не свихнулась?! Хотя нет. Я вышла за мужика, который женился на только, чтобы я уговаривала его вылезти из жуткой и опасной твари (или не только?). Я точно свихнулась.
