В глубокой тьме и первобытных инстинктах, где пугает каждое движение. Я убеждала себя, что сбегу, но стоя в спальне мужчины, обещавшего меня трахнуть так, что я заикнулась бы от криков, я понимала, что это уже не просто любовь — это бессмертная нежданность. Подвенечное платье на мне скрывает лицо вуалью, и лишь прикосновение его объятий раскрывает страшную правду о моем невероятном предназначении....
Брови моего мужа заинтригованно приподнимаются и он начинает ухмыляться.
– Увлекаешься неприличными книжками, значит? – дразнит он меня, садясь рядом. – Ай-яй-яй, так и знал, что в этом омуте водятся чертенята.
– Перестань! – тычу его локтем в бок.
– Как ты можешь этого стесняться, рыжуля? – дергая меня за выбившуюся из хвоста прядь волос, говорит он. – Помнится, когда сегодня утром ты, как заправская ковбойша, скакала на моем члене, смущения не было ни в одной твоей косточке.
– Джалал, я же просила не выражаться так грубо! – в очередной раз упрекаю его, даже зная, что это бесполезно.
Он очень любит выбивать меня из колеи такими откровенными выражениями.
– Брось эти глупости, Аза, – требует муж, снова возвращаясь к теме книг. – Заказывай все, что хочешь, и читай нормальным способом. Я все еще с трудом воспринимаю то, насколько ханжеская у тебя семья, но мы-то не такие. Никому и дела нет, что ты любишь читать или смотреть.
– Хорошо, – соглашаюсь я, твердо намеренная держать такие книги в нашей спальне, чтобы никто их не увидел.
– Как обычно, – вздыхает он, подхватывая меня под бедра и усаживая на себя верхом. – Поцелуй меня.
Я с удовольствием прижимаюсь губами к его рту, обхватывая руками мощную шею и утопая в мужественном аромате его кожи. Мое тело привычно воспламеняется, но у меня как раз после обеда начались те самые дни, впервые со дня свадьбы, так что я отстраняюсь, пока поцелуй не перешел во что-то большее.
– Джалал, – останавливаю тянущего руки к замку моего платья, мужа. – У меня наступили эти дни, так что нам сейчас нельзя.
Он хмурится, но кажется понимает, что я имею в виду.
– Значит, ты не беременна, – заключает муж и я сразу же вспоминаю утреннее происшествие с Раисой.
– Ты разочарован?
– Если только тем, что не смогу быть в твоей пизде в ближайшие дни, – усмехается он, заставляя меня поморщиться от непристойного слова.
– Нет! – ужасаюсь я. – То есть, не надо меня ласкать.
Тем не менее, я не отказываюсь доставить удовольствие ему и он это замечает, с голодом целуя меня, прежде чем поставить на колени.
