– Надо решать, что делать с Ахмедом, – глухо сказал Эмиль.
– Жизнь тебя ничему не учит, – вздохнул Феликс.
– Он угрожал моей жене! – прорычал Эмиль. – Я порву за это…
– За жену рви, а за бабки не смей, – перебил брат, сложив на груди мускулистые руки. – Ты о чем думаешь? Полез в криминал, хотел подняться, денег заработать и свалить? Так не бывает, Эмиль. Коготок увяз – всей птичке пропасть! У тебя жена родила, сиди дома, семью облизывай! Вылезай из этого дерьма, пока жив.
– Думаешь, я не понимаю? – огрызнулся Эмиль, отвернулся, и мы зацепились взглядами.
Я как раз доставала коробку с бутылочками.
– Я бы с радостью ушел, – сказал он брату, но глаза говорили мне. – Только уже поздно, цена слишком высока. Подождем Ремисова…
Раздался звонок в дверь, и я вздрогнула. Ночью я не поняла слов Андрея, а оказывается, они тут штаб-квартиру устроили и совещаются, что делать дальше. Эмиль пошел открывать, его страховал новенький охранник, оголив пистолет. Феликс тоже взялся за оружие. У меня сердце сжалось от страха. Я малодушно сделала вид, что читаю инструкцию на банке смеси, а сама слушала, что происходит в коридоре. Они всегда были с моим мужем на ножах… Эмиль в него стрелял, и боюсь…
– Привет, Дина, – когда я испуганно обернулась, Андрей безмятежно улыбнулся. – Давай помогу.
Он подошел, и собрал разобранную бутылочку. Мозолистые пальцы действовали четко, словно он свою винтовку собирал. Андрей подал ее мне. Вблизи от него пахло дымом, снегом и мятой. Я была так смущена, что не успела ничего сказать. Между нами вклинился Эмиль, и я полностью оказалась за широкой спиной мужа.
– Какого черта? – он отобрал бутылку, опасно дыша. – Отвали от нее. Не приближайся, понял?
Несмотря на вызов в голосе, Андрей усмехнулся и отступил, показав ладони.
– Спокойно, – он рассмеялся, оборачиваясь, чтобы увидеть всех окруживших его мужчин. – Не нервничайте, парни… Я не вооружен.
Андрей усмехнулся – его забавлял чужой страх.
На нем было пальто нараспашку, похожее на то, что он носил в прошлом году, но его любимый шарф исчез, а под тонким свитером не было ничего похожего на оружие. Он ночью предложил решение… не придется больше дрожать, наступать себе на горло, чтобы простить мужа. Эмиль тоже это знает, поэтому встал между нами.
– Убрали пушки, – буркнул Эмиль, я удивленно наблюдала, как муж моет бутылочку, затем ставит в микроволновку. Остальные расслабились, сообразив, что это личное и конфликт исчерпан.
Я села на стул, дожидаясь, пока все будет готово, и вдруг заметила, что Андрей смотрит на нас с малышом.
– Сына тебе нужно увозить, – сказал он Эмилю. – Бестужев о кровной мести твердит. Он тебе и раньше был готов глотку перегрызть, а после того, как ты за Ахмеда впрягся, тем более. И ему насрать, что тебя заставили.