– Не, Сашка не такой. Проституток не признавал даже элитных, он человек приличный. Какой смысл в бабу совать, когда любой может… Извини за грубость, Дина.
– Баба у него была, – вдруг сказал Феликс. – Не знаю, кто, но была. И не шлюшка, по-серьезному все…
– Кто такая, знаешь? – мгновенно уцепился Андрей, из чего я сделала вывод, что для него это новость.
Феликс пожал покатыми плечами. Взгляд стал рассеянным – он пытался вспомнить, но рассказать было нечего.
– Найдите ее, – решил Эмиль. – Антон! Твое место займет Иван, ты поедешь в Москву за девчонкой. Как найдешь, привези сюда.
Антон взглянул на него, как избитая собака. Что-то между ними мелькнуло, какой-то намек. Пока я была в плену, все изменилось. По вине Антона я оказалась в руках ахмедовских. Эмиль мог потерять меня и сына, только Антон был почему-то жив и все еще здесь, хотя, безусловно, был снят с должности. Помню, мой муж охраннику велел колено прострелить за более мелкую оплошность.
Под взглядом Эмиля тот опустил голову. Мне интуитивно не понравилось что-то темное, мелькнувшее между ними.
– Выйдем, обсудим, – бросил Эмиль и приказал брату. – Следи за ней.
Как только мы остались одни, Андрей направился ко мне.
– Эй! Ты куда собрался…
Игнорируя возмущенный взгляд Феликса, Андрей опустился на корточки, глядя мне в глаза. В них целая бездна, я без труда читала в зрачках наш ночной разговор и безмолвный вопрос. Он провел руками по моим ладоням, которыми я обнимала крошечного сына.
– Ты с ним поговорила?
– Тогда я сам поговорю. Тебе нужно спрятаться. Видишь, мы даже не знаем, кто враг, – Андрей снова говорил неразборчиво, а значит, нервничает.
– Говорят, не знаешь, кто сделал, ищи, кому выгодно, – улыбнулась я.
Андрей усмехнулся, словно услышал хорошую шутку, поднялся и прошелся по кухне. Я тоже улыбалась, мне стало легче, что мой муж заключил с ним пусть временное, но перемирие. Вместе они точно справятся. Инстинкт настойчиво твердил держаться вместе, потому что однажды втроем мы уже пережили серьезную переделку.
– Никому не выгодно, в том и дело, ласточка, – и добавил, когда в кухню вернулся мой муж. – Эмиль, их нужно спрятать. Я старика знаю, поверь, это серьезно. Давай я их увезу.
– Нет, – решительно отрезал он. – И это не обсуждается. Они останутся здесь.
– Я никому не доверяю! Пока она у меня на глазах, ничего не случится. Наш дом самое безопасное место.
– Не будь так уверен.
– Ты за них драться не будешь, а я буду. Это всё.