– Помнишь, когда я рожала, у меня не получалось и ты кое-что сказал… Что сделаешь все, что попрошу, если справлюсь.
Он настороженно прищурился.
– Завяжи с криминалом, Эмиль. Навсегда. Не ради меня, ради сына. И больше нам не придется бояться. Это не твое.
Я не стала ждать, что ответит, и ушла, оставив его в темной кухне.
Жанну нашли через три дня.
Эмиль бросил все силы на ее поиски, и, так или иначе, они увенчались успехом. Тем утром я вышла из детской, измученная бессонной ночью из-за младенческих колик, и увидела, что Эмиль варит кофе на кухне.
– Доброе утро, Дина.
Он снял турку с плиты, подождал, пока пенка осядет. Ночью он отоспался и выглядел лучше. Который час я не знала, но Эмиль готов с ног до головы, чисто выбрит, даже волосы уложены, значит, скоро рабочее время.
– Кофе? – от солнечного света кухня сияла и он прищурился. – Я договорился с няней, тебе необходима помощь.
По взгляду я догадалась, что паршиво выгляжу. Даже в оконном отражении было видно, что мне нужно поспать.
Эмиль усадил меня за стол, поставив передо мной белую чашку из фарфора. Я удивленно смотрела, как муж ухаживает за мной. Пододвигает сахарницу, предлагает молоко.
У нас серьезный разговор или он подлизывается? Лицо замкнутое. Тот разговор о криминале мы так и не закончили. Он избегал темы и я тоже. И сейчас не время, знаю, что говорить бесполезно, пока Эмиль не решит проблему с Бестужевым. Значит, подлизывается.
– Иван нашел Жанну – неожиданно сказал он, наливая кофе в чашку. – Она сняла квартиру в Северном. Не знаю, почему не уезжает, но факт.
Я выронила ложку, которой хотела размешать сахар.
– Пока установили слежку. Иван поехал за хозяйкой квартиры. Вечером будем брать.
Эмиль влил молоко, как я люблю, подобрал ложку и неторопливо размешал кофе.
– Я поеду с вами, – прошептала я.
– Поэтому и говорю. Передохни, а мы пока все подготовим. Ты устала, Дина.
Эмиль слегка улыбнулся, и я опустила глаза. Он так классно выглядел, я будто перенеслась в первое утро после нашего знакомства. Глаза теплые. Конечно, это игра света и воображения… Но я видела: он хочет, чтобы простила. Даже кофе сварил. Странно, что цветов нет.
Мы все еще живем в разных комнатах. Наша ссора переросла в холодную войну. Ты сожалеешь, Эмиль, я вижу. И не могу переступить через обиду, которую ты нанес не задумываясь. Не ответив, я попробовала кофе. Еще секунду Эмиль смотрел на меня, уперев в бока руки, и зло отвернулся, когда раздался звонок в дверь.
– Няня пришла, – буркнул он.