В приоткрытую форточку кто-то гремел посудой после ужина, на площадке еще визжали дети. Было странно представить в районе, где замерло время, столичную модель, но, видимо, на это и расчет. По словам Эмиля, она часто меняла квартиры. Ее носило из района в район. Даже сюда мы добирались по извилистой улице, которая далеко завела нас от центра.
Она пряталась, и я не могла понять, почему не уезжала. Ей опасно возвращаться в Москву, но кто-то из старых знакомых наверняка бы ей помог. Можно было уехать в Питер или за границу… Это не ее город, у нее нет здесь друзей. Как и я, Жанна здесь чужая. И все равно она здесь. Что ее держит? Планы мести?
Я хочу докопаться, зачем ей это было нужно. И если из-за нее разгорелась кровная война между Эмилем и Бестужевым, пусть за это ответит.
– Я первый, – перед подъездом Андрей расстегнул куртку, чтобы добраться до оружия в случае чего.
Теперь и я это ощутила – безотчетный страх, холодной змейкой скользнувший по спине. Мы поднялись на третий этаж и Эмиль первым подошел к двери, сунул ключ в замок и резко повернул. Громко – она бы услышала. Меня холодный пот прошиб, который тут же сменился злостью.
Я опередила Андрея – почти оттолкнула, пусть эта дрянь сначала увидит меня. Эмиль перестраховщик, такие девушки, как Жанна не умеют обращаться с оружием. Андрей вошел вторым. Эмиль, как хищник, последним, словно хотел держать всех со стороны и под контролем.
Первое, что меня поразило – аромат. В квартире приятно пахло ванильными благовониями. Темно, только из дальней комнаты исходит мягкий свет. Не чувствуя под собой ног, я быстро пошла туда. Иду и боюсь, даже дыхание перехватило.
Открылся вид на комнату: на фоне персиковых штор, на широкой кровати полулежала Жанна. Заслышав шаги, привстала и обернулась через плечо. Даже в постели она выглядела идеальной. Оранжевый торшер кидал блики на смуглую кожу, волосы сексуально растрепаны. На ней была бежевая комбинация из блестящей ткани вроде атласа с кружевными вставками. Как всегда красивая, словно готовится к гламурной фотосессии.
Я остановилась, как вкопанная.
– Что ты здесь делаешь? – пролепетала она.
Рот приоткрылся, глаза стали большими.
Ответить я не успела. Позади раздался отрезвляющий сухой звук взводимого курка. Я перестала дышать, скосив глаза в ту сторону. Левая часть тела, обращенная к невидимому стрелку, покрылась колючими мурашками. Но целились не в меня – в висок Андрею, который был на шаг позади.
– Подними руки, – приказал незнакомый мужской голос.
