Я глазами показала на Серегу. Внезапно тот выбросил руку, и кулак влетел ему в нос, мгновенно сшибив с ног. Кровь хлынула на рубашку и пол. От неожиданности я вздрогнула: удара я не ожидала. И не только я – Серега удивленно смотрел на него с пола.
– Ты куда смотрел? – бросил он второму. – А если она рожать начнет, мне с ней нянькаться? Старик на два шага впереди! А ты, твою мать, членом думаешь? Ну-ка пошли со мной…
Он поднял его за шкирку и вытащил в коридор, раздражаясь с каждым шагом.
– …шефу сам объяснять будешь, – долетело через дверь.
Я села на кровать к Алене, крепко сжала ее ладонь, и мы переглянулись. У нее были испуганные глаза, но в них появилась надежда. Я обняла ее одной рукой. «На два шага впереди». По этой оговорке стало ясно, что Бестужев не имеет отношения к похищению.
Лысый вернулся, вытирая салфеткой разбитый кулак, и бросил телефон мне на колени.
– Позвони мужу. Про подругу ни слова.
Я безропотно прижала телефон к уху. Гудок даже не успел раздаться, а Эмиль ответил: значит, ждал, и звонок – часть договоренностей. Я не понимала, что происходит, но шестое чувство подсказывало, что все не так просто.
– Эмиль, – у меня дрожал голос, я не знала, что говорить. Хорошо, что не пришлось – от меня требовалось издать звук, чтобы муж понял, что я жива.
– Родная, я начал выполнять их условия, – Эмиль говорил тем теплым, обволакивающим тоном, которым умел успокаивать. – Первая часть сделки готова, я передал им товар. Не волнуйся, какое-то время тебе придется побыть там, но все будет хорошо. Они рядом?
– Намекни, где тебя прячут. Что угодно, Дина. Я приду за тобой.
Заподозрив что-то по моей заминке, лысый отобрал телефон.
– Слышал, Эмиль? С твоей женой все хорошо, с ее подружкой тоже. Работаем дальше.
Он выключил телефон и уставился на нас. Затем подтащил стул и устроился напротив. Мы с Аленой были рядом, но смотрел он на меня, словно в тандеме я была главной. От подруги удушающе несло перегаром.
Кто он, чьи приказы выполняет? Ни одной подсказки.
Под жгучим взглядом я прикоснулась большим пальцем к бриллианту в кольце, пытаясь собраться с духом и сосредоточиться.
– Твой муж косякнул, – сказал он. – Ты останешься здесь, пока он все не исправит. Пока он ведет себя правильно, тебе бояться нечего. Ты тоже веди себя хорошо, не пытайся сбежать или, скажем, передать ему что-нибудь.
– Когда нас отпустят?
– Неделя, может, две. Месяц максимум, если твой муж не начнет чудить.
– Месяц? – я усмехнулась сквозь слезы. – У меня вот-вот роды…
– Ну, ничего, – покачал он головой. – Родишь здесь, подружка поможет. Или убеди мужа поторопиться. Это от него зависит. Если что-то нужно, говори, мы все купим и привезем.
Окинув нас насмешливым взглядом, он поднялся.
– Тебя больше не побеспокоят, – напоследок бросил он Алене.