Оно должно было действовать гораздо медленнее и не так болезненно. Я знаю, из-за чего подобное могло произойти, и если срочно не вмешаться, Эмма может умереть.
Серж хотел возмутиться: какое еще колдовство?! Но вспомнил о неудавшемся ухажёре Эммы, его мамаше и колдунье, которая ей помогала. Серж крайне редко соприкасался с мистической стороной жизни, а потому поверить в подобное вот так с ходу было сложно. Но когда Мартина сказала, что Эмма может умереть, внутренне похолодел и не сумел ничего возразить.
Не дождавшись от генерала каких-либо слов, Мартина покусала губы, глядя ему в глаза, явно на что-то решаясь:
— Подвиньтесь, мне нужно сесть рядом с Эммой. — Она уселась, положила руку на живот девушки и прикрыла глаза. — Я… тоже колдунья. — Брови генерала взлетели вверх, но он снова промолчал, потому что увидел, как от руки знахарки исходит еле заметное свечение. — Я никогда не делала людям зла. Я знаю, что вы теперь можете меня разоблачить и отправить на костер Лимы, но я слишком многим обязана Эмме, чтобы в сейчас продолжать скрывать свой дар.
— На лбу Мартины появилась испарина, а свечение от руки стало интенсивнее. — В вас тоже есть крупица колдовской силы. Не спорьте, я вижу. Сейчас вы делитесь этой силой с Эммой и помогаете ей бороться. Такие мужчины, как вы, лучше чувствуют опасностью и направленную на них агрессию. Они практически не болеют, а все раны на них заживают гораздо быстрее, чем на других. Узнаете себя? — Серж узнавал, но молчал, пораженный услышанным и увиденным.
Веки Мартины тем временем дрогнули, выдавая нешуточное напряжение, а по виску покатились капельки пота. — Они решили ударить по самому больному для каждой женщины. Но не учли, что… — Женщина осеклась, но потом продолжила: — Многого не учли. Я знаю, с чем столкнулась, и знаю, как с этим бороться, но эта гадость слишком сильная… Боюсь не справиться…
Глава 24
Глава 24
Генерал Серж эн Даркен
Внезапно дверь комнаты без стука открылась, и на пороге появилась высокая, статная, очень красивая, хоть уже и немолодая женщина.
Она окинула всех цепким взглядом и тут же закрыла дверь перед носом любопытной прислуги и даже задвинула щеколду.
Мартина дернулась, открыла глаза, увидела приближавшуюся женщину и побледнела, как полотно, но руку не убрала, лишь свечение под ней словно выцвело, но не пропало совсем.
— Что с ней? — требовательно спросила настоятельница храма.
