— Уничтожение экологии нашего уникального парка — это чудовищная акция, сравнимая разве что с вандализмом! — приложив руку к сердцу, разглагольствовал Архип Михайлович Колышев. — А самое страшное, что владельцы строительной компании выкупили тендер умышленно, только для того, чтобы парк соответствовал их концепции новостоя!
— Скажите, Аркадий Семенович, неужели парк действительно подвергнется опустошению и погибнет его уникальная среда?
— выскочил вперед камеры журналист с местного канала.
— Уважаемый, может, стоит прислушаться к фактам? — презрительно фыркнул Смирнов. — Никакого вандализма и близко не предвидится! Разве плохо, что парк приобретет ухоженный вид? Угрожающие жизни людей деревья будут ликвидированы, но взамен будут высажены десятки новых. Тендер не одобряется просто так! Комиссия тщательно изучает проекты, на которые выделяются средства. Прекращайте баламутить воду!
Подоспевший менеджер по связям с общественностью перехватил у Смирнова микрофон, и Аркадий Семенович отошел в сторону.
— А что говорят специалисты? — не унимался журналист. — Каким образом можно восстановить парк, не нарушив его экологию и прежний облик? И возможно ли такое вообще?
Я стояла рядом с Марго позади Смирнова, и мне была жутко неприятна презрительная ухмылка на лице главного городского архитектора Козлова. Обиднее всего было то, что это презрение в адрес «АЛЬКОВА» дедушка оплатил моим приданным ради собственного развлечения. На самом деле он знал, что владелец «АЛЬКОВА» ничего не нарушает. Его коробило оттого, что будущий торговый центр и обновленный парк рядом с привлекательными новостройками будут процветать и приносить прибыль.
— Иди к Вите, Даша! — шепнула Марго и подтолкнула меня вперед.
Я оказалась на сцене рядом с генеральным директором «АЛЬКОВА», и на меня нацелились камеры. Когда я увидела, как много людей желает услышать мнение специалиста, впала в ступор. Я всегда боялась толпы и публичных выступлений. А сейчас, когда в меня впился пораженным взглядом мой собственный дедушка, казалось, что я хлопнусь в обморок. Мой мозг оказался в положении компьютера, который резко подвергся атаке вируса и которому требовалась как минимум перезагрузка.
Виктор передал мне микрофон.
«Ты же понимаешь, что придется окончательно выбрать одну из сторон?»
Сторона выбрала меня сама. Было бы безумием отказываться от стороны, на которой я сейчас оказалась. Тяжелый бриллиант в кольце на пальце очень хорошо это подтверждал.
