— Не то слово, — оттирая слезы с щек, согласилась я.
Макс высадил меня у дома и уехал в главное здание «АЛЬКОВА», пообещав перезвонить, как только закончит работу с документами.
Дверь квартиры открыла мама.
— Даша… что случилось? Почему ты пришла раньше? На тебе лица нет…
— Мне не следовало устраиваться на работу в «АЛЬКОВ», — сбрасывая с ног туфли, понуро отозвалась я. — То, что произошло полчаса назад, уже не исправить. Вряд ли дедушка станет со мной церемониться.
— Не спрашивай… лучше накапай мне успокоительных капель.
После двойной дозы корвалола я в красках расписала маме происшествие в парке.
— Какой ужас… надо было сразу сказать ему, что ты устроилась на работу. Теперь он разнесет здесь все в пух и прах, — поморщилась она.
Спустя час местный канал новостей подлил масла в огонь. Журналисты постарались на славу. Они раздули пресс— конференцию в парке, склонив все к бессмертному произведению Шекспира, и ведущий с улыбкой сообщил жителям города, что теперь следить за личной жизнью миллиардера и опальной внучки известного общественного деятеля Архипа Михайловича Колышева будет безумно интересно. «Делайте ставки, господа!» — насмешливо подмигнул с экрана обаятельный Карл Мельников, бессменный ведущий новостей местного канала.
Сам Архип Михайлович, явившись домой, с порога приказал мне убираться из его дома.
— Или верни ему кольцо и напиши заявление на увольнение, или собирай вещи и уходи! — кричал он.
— Куда ты ее выгоняешь? Пусть одумается и вернет кольцо! Не хватало испортить нашу кровь безродным миллиардером! — вопила бабушка из кухни. — Сосватаем ее Козлову, пока не поздно!
— Оставьте меня в покое! — окончательно отчаявшись, отбивалась я.
— Если Даша уйдет из дома, я тоже уйду! — выступила в мою защиту мама.
— А проблемы все от тебя! — бросился на нее дедушка. — Это ты всегда против нашего семейного устава! Вот и Дашу испортила! А ты, Даша, верни кольцо этому Смирнову! Он тебя недостоин! Нечего с ним путаться! Чем он тебе голову задурил? Деньгами?
— Я уже приняла решение и не собираюсь его менять!
Мой отец, вернувшись с работы, попытался было ретироваться в спальню, но его тут же остановила вся родня.
— Владимир! Ты не можешь и дальше отгораживаться от того, что происходит! — резво пошел в атаку дед. — Даша — твоя дочь!
— Даше уже есть восемнадцать. Она сама вправе выбирать место работы и будущего мужа, — развел руками отец.