На террасе особняка со сверкающими камушками, зеленым газоном и милыми деталями декора, создается идеальное место для семейного отдыха. Уютный дом на двух уровнях кажется больше предназначенным для дружной семьи, где можно расслабиться с чашкой чая, наблюдая за детьми в саду....
Из этого помещения вели двери в кабинет, спальню и ванную, а через арку располагалась небольшая кухня.
Всюду были огромные, в пол, окна, даже в сияющей, покрытой бежевым кафелем ванной, что несколько смущало, хоть мы и находились на седьмом этаже. Кухня меня интересовала мало, и я просто прошла мимо, мельком оценив ее функциональность и уют.
Открыла двустворчатые двери в спальню и недовольно скривилась. Здесь все буквально кричало о том, что это номер для молодожен. Посередине призывно возвышалась двухспальная кровать ""king-size"", накрытая бордовым сатиновым покрывалом и усыпанная лепестками роз.
— Какая банальщина, — хмыкнула я.
— Да уж, — прозвучал бархатный голос Макса. — Хуршид немного… перестарался.
Номер в этом шикарном отеле для нас выбрал и снял именно Абдалла в знак своей гостеприимности. А может, он преследовал какие-то иные, только ему ведомые цели?
— Что будем делать? — повернула голову к Максу и, не ожидая, что он стоит настолько близко, встрепенулась, оказавшись с ним лицом к лицу.
— Твой вопрос в этих декорациях заводит меня в тупик, — шепнул он, заставляя меня залиться краской.
— Я имею ввиду, как нам делить кровать? — ляпнула я, отчего взгляд Стравинского стал еще более масляным. Да что с ним происходит? Совсем на жаре мозги расплавились?
— Она достаточно большая для двоих, — нахально подмигнул мне.
— Понятно, — рассердилась я и направилась прочь из спальни, от греха подальше, во всех смыслах этой фразы. — С тобой я спать не собираюсь, так что размещусь в гостиной, я видела там диван.
Макс молниеносно оказался рядом и преградил мне путь.
— Прекрати, я пошутил, — безэмоционально произнес он. — Какой диван? С твоей спиной! Ты остаешься здесь, а я буду жить в гостиной. Сейчас принесу твои вещи, — и вышел, оставляя меня в полном недоумении.
Раздраженно уперев руки в бока, развернулась к кровати. Недовольно осмотрев ее пару секунд, подошла ближе и резким движением сорвала дурацкое покрывало вместе с лепестками роз. В него же сгребла все свечи со стола — и оставила этот сверток на полу возле двери."
"Скинув свой пиджак, прямо в одежде плюхнулась на постель, с наслаждением утопая в горе подушек разных размеров. Все тело ныло с дороги, а глаза слипались.
