На террасе особняка со сверкающими камушками, зеленым газоном и милыми деталями декора, создается идеальное место для семейного отдыха. Уютный дом на двух уровнях кажется больше предназначенным для дружной семьи, где можно расслабиться с чашкой чая, наблюдая за детьми в саду....
Да я веду себя в точности, как Алекса, когда та не желает спать! Кстати, как она там? Жаль, звонить уже поздно… Взглянула на часы: циферблат показывал три часа ночи.
И спать не могу, и до утра целая вечность!
Прокрутившись еще пару раз в постели, все же встала и неуверенно подошла к двери. Чтобы попасть на кухню за водой, надо преодолеть гостиную, где спит Макс. При одной мысли об этом сердце забилось пойманным за уши зайчиком.
Миссия сложна, но выполнима!
Тихонько приоткрыла дверь и на цыпочках последовала в сторону кухни, но тяжелый мужской полухрип-полустон заставил меня остановиться.
Макса опять мучают кошмары?
Помотала головой, пытаясь отогнать непрошенные эмоции: это меня не касается!
— Нет, — сквозь сон пробормотал Стравинский.
Черт! Карина, ты об этом пожалеешь!
Игнорируя вопли разума, рванула к Максу и, присев на краешек дивана, провела рукой по покрытому испариной лбу мужчины.
— Макс, это сон, — шепнула я, не решаясь говорить громче.
Стравинский резко подскочил, чуть не столкнув меня с дивана, но машинально успел придержать за плечи, уберегая от падения.
— Дьяволенок? — ошеломленно просипел он и тут же исправился. — Карина… Что ты…
— Опять кошмары? — не дала ему закончить фразу. — Надо же что-то с этим делать! Обратиться к специалистам, лекарства принимать… Это ненормально! — воскликнула я.
— Все нормально. Иди спать, — равнодушно ответил он.
Я взволнованно всмотрелась в его лицо. В тусклом свете, льющемся из окон, смогла разобрать лишь общие черты, но все же поняла: Макс выглядел уставшим и несчастным.
Словно со стороны наблюдала, как моя рука, не подчиняясь здравому смыслу, потянулась к лицу Макса и нежно погладила грубую, шершавую щеку…
И в следующее мгновение, порывисто вздохнув, я обняла Стравинского, уткнувшись носом ему в шею.
Все, Карина, это провал!..
Макс, кажется, даже дышать перестал. Я слышала лишь частое биение его сердца: видимо, он еще не отошел от страшного сна…
Но его замешательство длилось недолго.
Обжигающие поцелуи плавно переместились на шею, заставляя меня шумно выдохнуть, спустились к ключице.
