Чтобы завершить магическую привязку и подчинить её себе. Ты ничего не слышала об этом?
Он поднял на мать взгляд исподлобья.
— Правда? Вот и для меня многое из того вечера, когда я встретил Мари, было непонятным. Но со временем начало сходиться одно к одному. Кто-то знал, что Ксавье увлёкся графиней. И что та готова ответить ему взаимностью. Кто-то хотел выманить её в сад. И написал поддельную записку. Почерк похож на женский. Хотя тут, конечно, могут быть варианты. В этом замешан тот, кто имеет доступ в поместье и довольно близок тебе или нашей семье, но при этом имеет другие связи и знакомства. Чтобы навести Собирателя…
— Собиратель тут не замешан, — мрачно ответила герцогиня.
“Так-так… — протянул Лабьет. — Боюсь, ничего приятного мы не услышим”.
— А ты знаешь, кто? — тут же зацепился за её слова Ренельд. — Или есть предположения?
Слишком давить он не хотел. Из чувства противоречия мать может и на попятный пойти. Но она только прошла дальше и опустилась в кресло напротив со всем достоинством.
— Всё это началось давно, Рени. Да ты и сам знаешь. И только сейчас мы получаем результат. Порой не совсем желательный.
“Обычная песня: не мы такие, жизнь такая”, — скептически выдал пёс, укладываясь поудобнее рядом с креслом напарника.
— Если можно, давай будем изъясняться более чётко. Без долгих экскурсов в прошлое, — напомнил тот матери.
— А без этого никак, — она развела руками. — Всё тянется оттуда. Я уже говорила тебе, что твой отец не всегда посвящал меня в свои дела. Даже те, что были связаны с тобой. И когда он умер, я решила, что и все его идеи умерли вместе с ним, — помолчала, водя ладонью по гладкой поверхности стола. — Но не так давно я решила, что нужно перебрать некоторые бумаги в кабинете. И нашла несколько писем. Не знаю, почему не встречала их раньше. Может, не обращала внимание. Они были от Эдгара д’Амрана.
— Они не общались последние пару лет до смерти отца… — добавил Ренельд. — И что же, граф писал ему письма?
— Нет, они были как раз тех времён, когда Селиан и Эдгар ещё тесно общались. Но по тому, что там было написано, я поняла, что как раз в тот миг их дружба дала трещину. Эдгар весьма резко высказывался о задумках Селиана. И отказывался выполнить их договоренности. И речь там шла о некоей девушке, которая должна была стать источником пополнения светлой части твоей ауры. но эдгар не хотел причинять ей вред — якобы.
Она скривила губы. Похоже, вероятный вред, что сын мог причинить Мари, вызывал у неё большие сомнения. А вот Эдгар д’Амран, зная, чем закончились эксперименты Оли с аурой Ренельда, похоже, испугался за свою подопечную.
“Это что же, речь о Конфете? — возмущённо буркнул шинакорн. — Похоже, взрослые дяди давно поделили маленькую магиссу. Вот же ублю...