Автор
В теплую осенний вечер, вместо радостного празднования диплома, женщина выбирает необычное место встречи. Ее планы настолько невероятны, что заставляют задуматься о тонком равновесии между жизнью и фантазиями. Ощущение вины и непонимания окружающих лишь придает смысловым граничным линиям этой необычной сцене....
Наверное, она бы мне даже понравилась, если бы не стойкое ощущение, что меня привели на заклание.
— Присаживайся. — Олег любезно отодвинул для меня стул, а сам занял место напротив.
Он достал бутылку из ведерка со льдом и наполнил бокалы шампанским. Пузырьки тут же игриво устремились вверх.
— За тебя? — предложил он тост.
Я кивнула и слегка пригубила шипучку. Нет уж, пить не стану. Олег ведь знал, как на меня действовал алкоголь. Вдруг специально решил напоить, чтобы стала сговорчивее.
Зазвонил телефон.
Олег поморщился, сбросил вызов и положил мобильник на стол.
— Поставил на беззвучный. Этим вечером я только твой, — многообещающе сообщил он.
Я втянула носом запах. Какой-то он странный. Хотя ничего необычного не заметила: на прямоугольных тарелках, на подушке из зелени и овощей, лежали очищенные королевские креветки на шпажке. Креветки, соединенные в виде сердца. Миленько. В центре еще пара общих тарелок с нарезками и фруктами.
— Нравится? — подмигнул Олег.
— Угу.
И началось.
— Мила, а ты помнишь наш первый поход на скалу «Зеркало»? Как ты поскользнулась, а я тебя поймал?
Я помнила.
— А помнишь, как мы кровать в «Икее» выбирали и валялись на них в обнимку?
И это помнила.
— Никогда не забуду твои сверкающие глаза, когда подарил тебе машинку...
«У нас вечер воспоминаний и самопиара?» — так и хотелось съязвить мне.
Однако вместо этого я сдержанно улыбалась, периодически вставляя пару реплик, создавая видимость беседы.
Если Ремезов клонил к тому, как много я потеряю, так мог не утруждаться. Невелика потеря, ведь теперь я знала, что скрывается за его мнимой добродетелью.
К тому же приобретала я гораздо больше. Жизнь в постоянном мороке — так себе жизнь. Вроде все красиво и сказочно, но в основе сказки — гниль. Чуть поскреби блестящую обертку, и смердящее нутро проявит себя во всей красе.
Да, он за все это время, что я жила отдельно, не сделал ничего ужасного, не припер к стене.
А Ремезова тем временем несло по кочкам воспоминаний. И чем меньше шампанского оставалось в бутылке, тем больше несло. Причем в романтическую сторону.
