Автор
В теплую осенний вечер, вместо радостного празднования диплома, женщина выбирает необычное место встречи. Ее планы настолько невероятны, что заставляют задуматься о тонком равновесии между жизнью и фантазиями. Ощущение вины и непонимания окружающих лишь придает смысловым граничным линиям этой необычной сцене....
— Помнишь наш первый поцелуй?
— Помнишь наш первый раз?
Кажется, его совсем не волновало, что я сделала буквально пару глотков и практически не поддерживала эту тему. Он и сам неплохо справлялся.
«Отвезу тебя домой с вентилятором, — покривлялась я про себя, передразнивая мужа. — Врун-переросток!»
— О! — Олег поднял палец и улыбнулся самой ярчайшей из своих улыбок. — Совсем забыл, у меня для тебя подарок. Я щас.
Он поднялся и вышел из зала. А я вдруг четко ощутила, как внутри замигал маячок: пора уезжать.
Только я поднялась с места, как Олег вошел в зал и снова окинул меня голодным взглядом. В руках у него была бархатистая синяя коробочка.
Он подошел ко мне и с сияющим видом ее распахнул, покрутил, чтобы я могла рассмотреть его получше.
На голубой подкладке лежала цепочка с подвеской. Я охнула. Большой прозрачный камень грушевидной формы сверкал всеми гранями.
— Бриллиант, — гордо отчитался Ремезов. — Самый чистый камень для самой совершенной и чистой девушки на планете. — Добавил не терпящим возражений тоном: — Повернись, надену.
Словно почувствовал, что собиралась отказаться."
"Он достал цепочку с подвеской из коробки, положив коробку на стол, и пальцем нарисовал в воздухе круг: мол, повернись.
Я повернулась, прижавшись бедрами к столу, и замерла. Перекинула волосы налево, придерживая их рукой.
Вздрогнула, когда почувствовала на шее его пальцы — он застегивал цепочку.
По телу тут же побежали мурашки. А в следующую секунду он укусил меня за шею и похотливо прорычал:
— Моя Мила.
Я попыталась дернуться, но он крепко прижал меня к столу, прижав к себе левой рукой, при этом заблокировал мои руки. Продолжил покусывать и целовать шею.
Он сильнее прижался ко мне бедрами, чтобы я почувствовала, как именно он соскучился. Его правая рука слегка сжала мою шею, а потом остановилась на груди.
— Олег, не надо! — взмолилась я.
— Надо, детка, — обдал он мое ухо горячим дыханием.
Больно сжал грудь и еще сильнее вдавил меня в себя левой рукой.
— Я знаю, ты тоже меня хочешь. Всегда хотела. Расслабься.
«Хочу?!»
Какое там желание? Омерзение — вот что я чувствовала.
Вместо того чтобы расслабиться, напряглась всем телом, в отчаянии прикусив губу, дернулась, но тщетно. Он лишь крепче прижал меня к столу, наклонив чуть вперед.
— Олег, хватит! Прекрати! Я не хочу!
— Тебе понравится. — Ремезов и не собирался останавливаться. — Раздвинь ноги.
Я и не собиралась слушаться.
