Автор
В этой книге жена неверного инквизитора оказывается запертой в смирительной рубашке и отправляется на неизвестную поездку. Внезапная перемена жизни в обычном фастфуде от попаданки создает непредсказуемую атмосферу смеха, страха и драмы.
Правда, не знаю, кто захотел бы им пользоваться – люди подходили к продавцу, нюхали мыло, но не покупали.
Часть гостей фестиваля устремлялась к огромной ростовой кукле, изображающей святого Тома, который держал в руках большой ярко-алый светящийся томат в форме сердца. С перерывом примерно в десять минут из этого большого томаты сыпалась куча маленьких – все тут же кидались их подбирать. Ведь они считались прекрасным сувениром с фестиваля, а главное, бесплатным.
Другая часть толпы спешила занять деревянные лавочки перед высоким помостом, который наспех сколотили за вчерашний день специально для праздника.
Отовсюду раздавалась музыка и смех, кто-то водил вокруг большого Тома хороводы, а кто-то примеривался к высоченному столбу, на вершине которого смельчака ждал желанный приз – большой томатль, целиком высеченный из граната. У него даже изумрудные листки были.
Необычная и красивая штука – чего уж там говорить.
Пока что добраться до драгоценного томатля не получалось ни у кого. Последний доброволец разделся по пояс и, поплевав на руки, почти добрался до вершины, но промахнулся и сорвал вместо драгоценного обычный томат, один из тех, что были привязаны на крутящемся колесе.
В лицо парня брызнул томатный сок, а сам он съехал вниз под насмешливые, но незлобивые выкрики зрителей.
За фестивалем следила доблестная инквизиция в лице Хенрика Уилсона и других помощников Кайзера. Даже неповоротливого Манфреда выгнали на дежурство.
От томатных хот-догов один из моих любимых клиентов остался не в меньшем восторге, чем от гамбургеров. Что и неудивительно – ведь я на них собаку съела, когда руководила своими сосисочными в старом мире.
Местные жители, да и не местные – туристы, приехавшие на фестиваль, с удовольствием подходили ко мне за необычным для них угощением.
Булочка, томатная паста, натуральная сосиска, ломтики соленого огурца и сверху горчица – лучше уличной еды просто не придумали!
Кажется, меня уже даже пару раз щелкнули на фотоаппарат. Говорят, к нам в Твинбрук приехал корреспондент столичной газеты, чтобы сделать репортаж о фестивале со снимками.
Вот и хорошо, все реклама будет.
Продавцы пирожков и сладкой ваты из соседних павильонов уже недобро косились на очередь, которая выстроилась около моей тележки.
