Может быть, хотя бы благодаря этому у меня на тебя встанет, как думаешь?
– Путаной своей командуй, Роуэн, – отрезала она. – На колени, сидеть, лечь, апорт... А со мной чтобы не смел так обращаться!
Я ухмыльнулся и подошел к ней ближе.
Пожалуй, в этой игре, которую женушка явно затеяла, чтобы меня развлечь, все-таки было что-то занятное.
– Прости, дорогая, но когда ты женила меня на себе, то не учла, что характер у меня довольно-таки паршивый. Может, будет тебе урок на будущее, что прежде, чем прыгать к мужику в постель, его нужно хорошенько узнать?
Она по-прежнему не привлекала меня, как женщина, но сейчас у меня впервые появилось желание подавить.
Чтобы она сполна получила то, ради чего совершила этот грязный поступок два года назад.
Взяв ее за запястье, я выкрутил его и легко, играючи поставил перед собой на колени.
Теперь я смотрел на Максимилиану сверху вниз, и видел стекла очков, буквально пылающие огнем.
Но не огнем обычной ее тупой страсти и обожания.
И это уже было интересно…
ГЛАВА 35
А самое интересное, что она даже попыталась взять себя в руки.
Именно сейчас, стоя передо мной на коленях Максимилиана заговорила без своего обычного раболепного почитания, заговорила спокойно и смело.
– Послушай меня, Кайзер Роуэн. Будучи в долгаузе, я переосмыслила свою жизнь и пожалела о том, что произошло тогда, два года назад. Я искренне пожалела, что связала свою жизнь с тобой, и пришла к тебе сюда сейчас с предложением о разводе…
– Опять? Ты серьезно, убогая? – расхохотался я.
За два года семейной жизни Максимилиана заявляла о своей готовности написать прошение о расторжении брака несколько раз. Уже не помню сколько, но точно больше пяти.
И каждый раз это сопровождалось ужасно изматывающей меня концертной деятельностью.
В самый первый – почти сразу после свадьбы, когда я явился под утро из змеиного дома.
– Боже, ты, мой муж, был в этом отвратительном месте! – приложив руки к полным щекам, квохтала Максимилиана. – Я просто этого не перенесу! Мы должны развестись немедленно!
Я еще тогда даже наивно порадовался.
Как оказалось – зря.
Когда я на следующий же день привез ее к юристу, жена разревелась и заявила, что передумала, что на самом деле безумно меня любит.
Ее вой огласил всю юридическую контору.
Прошение она отказалась писать наотрез и залила весь лист своими горючими слезами."
"Потом это повторилось еще и еще. Она утверждала, что даст развод, а потом в самый последний момент шла на попятную.
И вот сейчас она снова предлагала развод. Как всегда, вполне искренне и разумным тоном.
Но я прекрасно понимал – вероятность того, что до безумия влюбленная в меня убогая вдруг прозрела, обрела чувство собственного достоинства, обзавелась адекватностью и мозгами, стремится к нулю.