Автор
Я стояла на коленях, моля о пощади, в то время как холод царапал кожу сквозь рубашку. Лицо ректора Академии казнило меня ледяным взглядом — он был красивым и великолепным в своем аристократическом величии, командуя моей судьбой.
— Бьянка Росс, вы обвиняетесь в государственной измене, прокаженной связи с демонами и хладнокровном покушении на жизнь и здоровье леди Розамунды Саксес, — зачитал обвинитель. — Признаете ли вы свою вину?
По толпе, заполонившей заснеженную площадь перед академией, прокатился возмущенный гул.
Но я была возмущена не меньше их.
Росс!
Серьезно?
Они казнят меня под выдуманной фамилией, чтобы не запятнать высокородную фамилию семьи Лианса — Рэтборн, и не менее высокородную фамилию моей семьи — Кастро.
Кстати, они тоже были здесь.
Мои приемные мать с отцом и брат с сестричкой.
Благочестивое семейство Кастро, один из влиятельных дворянских родов королевства.
— Отец, мама, ведь вы называли меня своей дочерью! — взмолилась я. — Прошу, поручитесь за меня, напишите прошение о повторном расследовании — к вам прислушаются!
— Я не собираюсь поручаться за какую-то там Бьянку Росс, — выплюнул виконт Кастро. — У меня есть дочь Антония и сын Дориан. На этом все.
А приемная мать просто отвернулась, не сказав ни слова.
В глазах сестры Антонии, тоже одетой в меха и бархат, явственно светилось торжество. Да и брат Дориан явно едва скрывал довольную ухмылку.
Эти двое никогда не считали меня сестрой и были едва ли не самыми главными зачинщиками всех насмешек и издевательств надо мной в академии.
Семья отказалась от меня в то же день, когда меня схватили, заточили под стражу и обвинили в общении с демонами.
Представляю, с каким удовольствием тут же вымарали из своего рода, всех документов и из своей памяти.
На самом деле, Кастро никогда и не признавали меня — сироту, взятую из жалкого приюта в дальней провинции королевства, своей.
Сейчас все им очень соболезновали, что облагодетельствованная сиротка оказалась страшной преступницей.
Я слышала эти сочувственные шепотки.
Шу-шу-шу, да, да, ничего удивительного…
Шу-шу-шу, из грязи в князи…
Шу-шу-шу, плебейская кровь — ее ведь никуда не денешь. Чего еще ждать от дочери посудомойки?
Чего ждать от дефективной жены Лианса Рэтборна?
Плаксы, пампушки, самой худшей ученицы академии, бестолочи без капли магии?
Я на мгновение прикрыла глаза.
Меня мутило.
Что происходит?
Это ведь не моя жизнь. И эта некрасивая заплаканная девушка с всклокоченными, как воронье гнездо, черными волосами, круглым плоским лицом и крупным носом, которую судят сейчас перед всем честным народом — не я.
Не Бьянка.
На самом деле меня зовут по-другому. Я выгляжу по-другому. Я — из другого мира.
