Автор
Я стояла спиной к окну, наблюдая за тем, как судовые приставы описывали наши житейские вещи, словно виноград на солнце. Гул трактора напоминал мне о том, что мой мир рушится под ногами, и я сама ни разу не сказала "остановись". Усталость накатывала с каждым мигом, заставляя дрожать в изнеможении....
Только искал ли? Отчего-то я всё сильнее в этом сомневался.
— Узнаёте этого товарища? — спросил Ваня, а я кивнул. — Отлично.
И пусть мы ни разу не встречались, но Юра этот был тем, за чьё горло я так сильно хотел подержаться, потому рожу его узнал бы из тысяч похожих.
— Он прислал мне это видео, сегодня ночью, — сказал Ваня, отвлекая от разглядывания наглой физиономии. — Хотите посмотреть?
— Нет, но показывай.
Я сделал глоток коньяка, Ваня кивнул, а я достал сигареты. Шоу начиналось.
Ваня щёлкнул по клавишам, снял видео с паузы, а я чуть подался вперёд, чтобы не пропустить ни единой детали, и глотал горький дым, чуть дыша.
Сначала ничего не происходило. Юра пару раз покашлял, хмурясь, настроил камеру — наверняка, мобильного телефона, а мне показалось вечностью его молчание, хотя прошло не больше пары секунд.
Время в эти сутки вообще двигалось причудливо.
Когда я почти потерял терпение, Юра всё-таки начал.
“Меня зовут Юрий Ромашкин, и у меня есть очень важная информация, касаемо новой жены Арманда Шахова.
Последнее слово он произнёс с каким-то странным нажимом, будто бы и сам себе не верил. Казалось, кто-то незримый стоял за его спиной и толкал в бок, вынуждая говорить всё это.
Дальше Юрий блеял о каком-то порочном прошлом Ланы, обещал предоставить фотографии, которые поставят крест на её репутации и, соответственно, моей. Также не обошлось без пурги, мол, сам Юрий рискует всем, делясь этим с прессой, но правда, кто бы мог подумать, важнее.
Прям не стукач, а борец за правое дело. Орден, что ли, захотел? Или премию?
— Дурдом, — сказал я, откидываясь на спинку стула, когда Ваня захлопнул крышку ноута. — Почему он именно тебе прислал это видео? Почему именно видео, а не позвонил? Зачем эти голливудские страсти?
Вопросы сыпались из меня сами собой, и я не пытался их сдержать, понимая: Ваня позвал меня не просто так. Что-то ему от меня нужно, и это я тоже планировал выяснить.
— Я в некотором роде самый скандальный журналист города, — хмыкнул не без самодовольства и всё-таки сделал глоток из своего бокала.
Махнул рукой и снова пригубил хмельной напиток.
— И что же ты, самый скандальный журналист города, пришёл ко мне? Ваял бы свою сенсацию, сделал всему городу сюрприз. Премию получил бы. Или что там у вас, у папарацци, принято. На повышение пошёл.
Я снова кивнул бармену, и очередная порция коньяка возникла передо мной.
