Автор
В ужасающей пленке из камня и алчности русских богачей, женщина по имени Маша вынуждена сниматься в элитных фотоуслышках под чарующий взгляд модного фотографа. Она чувствует себя насквозь обжигаемой жарой, а любовь к подружке лишь растет вместе с желанием уйти из этого безумия....
Я становлюсь сама не своя. Даже не знаю, чего хочу больше: послать его куда подальше или позволить себе слабость. Чего стоит качнуться и прижаться к его груди.
Идиотская мысль. Совершено нелепая!
Громкий стук в дверь выводит меня из мира грез.
— Сати Тамани, у вас все в порядке? — интересуется Инке.
Как же быстро сработал советник. Успел и верховного жреца разбудить, и собрать целый поисковый отряд. Наверняка сообразил, что несостоявшийся зять ушел через окно. Поди, и дочурку отчитал за то, что заснула, пока ждала Хэла.
Вот потеха! Непойманный рейн — не зять.
— Не выдавай меня, — умоляет Хэл. — очень тебя прошу…
Не успеваю ничего ответить, как слышится вой сирены. Неужели «скорая» к пирамиде прибыла? Кому-то стало плохо?
Лишь через секунду догадываюсь, что происходит на самом деле. Это не сирена, а Мина проснулась от шума за дверью. Проснулась и испугалась, увидев рядом со мной полунагого Хэла.
— Тише! — шикаю на нее. — Это не то, что ты думаешь.
Но поздно. Под действием какого-то замагиченного устройства дверь вздрагивает и рассыпается в труху.
"Больше трех десятков придворных во главе с Инке и советником явно не ожидали увидеть такую картину. Кто-то смущенно отворачивается. Кто-то краснеет и кашляет в кулак. Рамус, к примеру, зеленеет от ярости, будто недозревший помидор.
Но больше всего поражает реакция верховного жреца.
По лицу Инке расплывается довольная улыбка.
— Я так надеялся вас свести! — объявляет он. — И все не мог придумать как. А вы, оказывается, давно вместе. Даже не дождались окончания отбора, проказники.
Он грозит нам с Хэлом пальцем, точно нашкодившим малышам. А глаза его горят несвойственным для старца азартом.
Сказать, что я теряю дар речи, значит промолчать.
— Отец… — начинает обличительную речь Хэл.
— Он прав! — орет советник. — Главный жрец Хэл провел эту ночь с моей дочерью Диа. Он сам пригласил ее к себе и обесчестил.
— Не было этого! — рычит Хэл. Несмотря на то, что кроме обмотанной вокруг бедер юбки на нем ничего больше нет, выглядит он вполне воинственно. — Это Диа каким-то образом пробралась в мою спальню.
