Автор
В ужасающей пленке из камня и алчности русских богачей, женщина по имени Маша вынуждена сниматься в элитных фотоуслышках под чарующий взгляд модного фотографа. Она чувствует себя насквозь обжигаемой жарой, а любовь к подружке лишь растет вместе с желанием уйти из этого безумия....
О, по сравнению с брачной ночью появление в простыне перед двором верховного жреца - просто шалость.
— Хэл - достойный рейн, — вступается за моего жениха Мина. — Уверена, он подождет, пока вы к нему привыкнете.
— А я в этом не уверена …. — чуть не скриплю зубами от злости.
Какая же я была дура, что позволила Хэлу остаться в комнате. Пусть бы проваливал тем же путем, каким заявился. Поискал бы себе другое не затворенное окно.
После короткого стука в спальню с поклоном входит Клира
— Сати Тамани… — произносит восхищенно и замирает на пороге.
Беру Михо под руку и отвечаю на его ахи коротким смешком. Жалкое зрелище, в самом-то деле. Так откровенно льстить той, которую так явно ненавидишь. Неужели дядюшка и вправду думает, будто я куплюсь на его приторные речи. Забуду обиды и оскорбления?
Да если бы в этом теле находилась прежняя Тамани, Михо нашел бы способ не дать ей выиграть отбор. Замучил своими придирками и нравоучениями. Бедная девушка, она жила в доме отца практически в келье.
— Не старайтесь, — предупреждаю дядюшку строгим тоном. — Терпеть не могу лесть. Просто сделай свое дело: отведи меня в зал и передай в руки Хэлу.
Еще неизвестно, от кого хлебну горя больше. Возможно, в сравнении с замужеством жизнь с Михо покажется мне раем.
— Невеста не должна быть такой угрюмой во время свадебной церемонии, — пеняет отцовским тоном дядюшка. — Где же радость, где веселье?..
— Убито непониманием, — замечаю я. — И недоверием…
Михо непонимающе хлопает глазами.
— Так ты боишься первой ночи!.. — догадывается он. Хлопает меня по руке и доверительно заглядывает в глаза. — Ну-ну, деточка. Все не так страшно. Понимаю, у тебя не было возможности поговорить об этом в монастыре. А твоя гадина-мать, магичка, вообще…
— Прекратите! — обрываю поток речи дядюшки. Еще не хватало, чтобы он решил поговорить со мной о сексе. Меня от одного звука его голоса начинает подташнивать.
На этом разговор прерывается. Михо вводит меня в главный зал, где возле алтаря с изображением лица Великой Матери меня ждут разряженные в лучшие одежды гости и Инке, облаченный в длинное золотое одеяние и забавную шапку с помпоном в виде солнца.
Хэл стоит в отдалении от отца и остальных. Завидев меня, делает три шага навстречу. Михо передает мою руку жениху и скромненько отходит в сторонку.
