Автор
В ужасающей пленке из камня и алчности русских богачей, женщина по имени Маша вынуждена сниматься в элитных фотоуслышках под чарующий взгляд модного фотографа. Она чувствует себя насквозь обжигаемой жарой, а любовь к подружке лишь растет вместе с желанием уйти из этого безумия....
То остановит карету, чтобы набрать цветов, то предложит половить рыбу или просто погулять по полю тучных желтых колосьев.
Да и сама карета удобна, что и говорить, Хэл предусмотрел все.
Ночевать останавливаемся на постоялых дворах, а иногда и вовсе в карете. Мне нравится жечь костер и смотреть на чужие звезды, так быстро ставшие почти родными.
— Ты сам бывал когда-нибудь за пределами своего мира? — спрашиваю в одну из таких остановок у Хэла. — Видел другие места и другие времена?
Муж подбрасывает в костер поленья и поджаривает на длинном пруте собственноручно пойманную дичь.
— Только верховный жрец переходит границы, ты же знаешь. Зачем тебе это? Лучше принеси из кареты еще одно одеяло.
— Но главные жрецы наверняка следят за действом, — не соглашаюсь я с немым приказом поменьше рассуждать о неположенных хлипкому разуму сати вещах. — Или ты не доверяешь мне?
Неужели мы так и не пришли к миру в нашей семье? Или близость физическая ничего не значит для Хэла?
— Некоторые тайны губительны для их обладателей, — замечает он.
Если бы интерес был пустым — другое дело. Но мне жизненно важно знать правду. Что, если чужое тело можно занять лишь на время? К каким последствиям это приведет? Столько вопросов и на многие из них Хэл может знать ответы.
— А если это не праздный интерес? — интересуюсь я. — Вдруг нам, да и всей Аланте угрожает опасность? Чем вообще могут окончиться эти путешествия?
— Великой катастрофой, — наконец, делится сокровенным Хэл. — Последний верховный жрец Аланты, отец Инке и мой дед, хотел вообще закрыть источник Великой Матери и разбить экран. Говорят, за той стороной он увидел нечто, что потрясло его до глубины души. Великие разрушения и большую печаль.
Хэл замолкает. Смотрит на темнеющий лес, точно дикие звери могут подслушать наш разговор.
— Полагаю, ему не дали совершить святотатство… — замечаю я.
Для жителей Аланты путешествие между мирами сродни особому дару. Но Хэл прав, некоторые знания губительны. Безнаказанно подсматривать за другими не получится вечно. Пусть жрецы не вмешиваются в ход истории, это не так важно. Не думаю, что все миры дружелюбны.
Даже мой.
