Автор
В ужасающей пленке из камня и алчности русских богачей, женщина по имени Маша вынуждена сниматься в элитных фотоуслышках под чарующий взгляд модного фотографа. Она чувствует себя насквозь обжигаемой жарой, а любовь к подружке лишь растет вместе с желанием уйти из этого безумия....
— Когда-нибудь я заслужу эту пощечину! — грозится Хэл.
Оборачиваюсь на бегу, показываю ему язык. Ишь, придумал, заслужит он. Сначала поймай! Не при каждой же встрече я буду обнажена и беззащитна.
К тому времени, как я решаюсь на побег, драконов уже след простыл. Похоже, мы сильно увлеклись беседой, раз не заметили этого. Или Хэл специально не рассказал про уход морских монстров?
— Интересно, они не почувствуют мой запах, когда войду в воду? — опасаюсь, но все же решаюсь на заплыв.
На берегу встречает целая делегация: Виллин, Бэл, мои слуги и охрана.
— Сати Тамани, мы и не думали, что вы так хорошо плаваете! — восхищается Бэл.
— А еще ты очень отважна, — добавляет Виллин. Прищуривается и добавляет: — Для сати.
— И на том спасибо, — небрежно киваю. Поворачиваюсь к Бэлу и произношу: — Рейн Бэл, вы кажетесь мне самым разумным из жрецов, пожалуйста, попросите вашего брата Хэла больше не преследовать меня.
Бэл понимающе улыбается, но предупреждает:
— Хэл очень упрям. И привык добиваться всего, чего желает.
Тамани краснеет. Точно — она, я бы не стала ощущать жар щек от одного легкого намека.
— Не хотите ли вы сказать, будто рейн Хэл возжелал меня? — спрашиваю отчего-то шепотом.
— Уверен в этом, — соглашается Бэл. — Как и в том, что вы, сати Тамани, отвечаете ему взаимностью. Но оба вы слишком упрямы для того, чтобы признать этот факт.
Вот уж дудки. Ни за что я не стану желать Хэла, даже если он останется единственным мужчиной во всей Аланте."
"— Вы ошибаетесь, рейн Бэл, — возражаю и отворачиваюсь. Прошу Мину проследовать со мной в дормез и помочь одеться.
— Эй, а почему это Бэл самый умный?! — возмущается Виллин. — А как же я?
«А ты — просто капризный мальчишка, которому не помешает порка», — хочу заметить, но вслух произношу:
— Вы, рейн Виллин, самый насмешливый и лукавый.
Он улыбается, вскидывает голову и приглаживает тыквенно-рыжую шевелюру.
Пока переодеваюсь в дормезе, чувствую, как потягивает желудок. Смотрю на небо сквозь прозрачное стекло: давно за полдень. Пора бы и пообедать.
— Мина, а у тебя не осталось чего-нибудь поесть? — горестно вздыхаю. — После купания ужасно захотелось перекусить.
— В особняке наверняка уже накрыли стол, — отзывается служанка. — И ждут вас.
