Автор
В ужасающей пленке из камня и алчности русских богачей, женщина по имени Маша вынуждена сниматься в элитных фотоуслышках под чарующий взгляд модного фотографа. Она чувствует себя насквозь обжигаемой жарой, а любовь к подружке лишь растет вместе с желанием уйти из этого безумия....
Кстати, вы могли бы пригласить главных жрецов.
Ай, Мина, ай, умничка! Здорово она это придумала. Если вернусь домой в сопровождении жрецов, дядюшка не посмеет даже взглянуть косо. Не то, что засыпать нравоучениями.
— Отличная идея, — замечаю вслух. — Как думаешь, будет сильно невежливо пригласить только Виллина и Бела? С Хэлом у меня нет никакого желания встречаться снова.
— Очень… — признается Мина.
Вздыхаю, но мысленно с ней соглашаюсь. Как бы мне не был неприятен Хэл, сердить его сильнее нет никакого желания.
Открываю дверь дормеза, выбираюсь наружу. Бэл галантно подает руку. Пользуясь случаем, приглашаю его отобедать.
В этот момент на берег выбирается и Хэл. Не глядя в мою сторону, направляется к тому месту, где остались удочки, ведра и прочая рыболовецкая снасть.
— Рейн Хэл! — окрикивает брата Бэл. — Сати Тамани любезно пригласила нас на обед. Раз уж рыбалка не задалась, может, примем приглашение?
Даже издалека вижу, как смурнеет черноволосый дьявол рейн Хэл.
— Не хочу! — совсем невежливо отвечает. Сдаётся, ему вообще неведомо слово «приличие». — Отправляйтесь без меня. Только карту оставьте.
В принципе, ничего другого и не предполагалось. Скорее солнце зайдет на востоке, чем упрямец Хэл согласится принять мое приглашение. Но мне ведь это только на руку, правда?..
— Позволь помочь, Тамани, — Виллин поддерживает под локоток, когда вновь забираюсь в дормез.
Моя челюсть плавно отпадает. Он что, пытался сделать комплимент или оскорбил? С каких это пор желтая кожа вошла в моду?
— Простите моего брата, сати Тамани, — вступается Бэл. — Любезность и похвалы — не его стезя. Рейн Виллин хотел сказать, что желтый цвет очень эффектно подчеркивает легкий загар и бархатистость вашей кожи. Она такая же свежая и нежная, как лепесток валенсии.
Бэл кланяется — так, что кончик его хвоста касается земли.
— Да-да, именно это я и имел в виду, — поспешно заявляет Виллин и следует примеру брата. — У вас очень красивая и нежная кожа, сати Тамани.
— Комплимент засчитан! — объявляю я. Смеюсь, глядя на расплывшиеся в улыбках лица братьев.
Боковым зрением замечаю, как Хэл поднимает увесистый камень и швыряет в воду. А еще меня упрекал за распугивание рыбы? Что-то мне подсказывает, что не ради улова он остался. А из упрямства.
Теперь наблюдает и бесится.
