Автор
В ужасающей пленке из камня и алчности русских богачей, женщина по имени Маша вынуждена сниматься в элитных фотоуслышках под чарующий взгляд модного фотографа. Она чувствует себя насквозь обжигаемой жарой, а любовь к подружке лишь растет вместе с желанием уйти из этого безумия....
Изображает момент, когда дочь Интро нашла великое сокровище — источник со священным молоком.
— Убейте меня кто-нибудь… — стенаю я и закатываю глаза.
За такую игру «кол» поставить жалко. Неужели Алия совсем не готовилась? Глотает и забывает слова, дергается, точно ее током бьет. Хоть бы отрывок другой выбрала, не тот, который каждый уважающий себя житель Аланты знает наизусть. Позорище! А ведь я тоже Ферино, как бы мне не вышло боком поведение сестренки…
Одно радует — Инке и сыновьям тоже не нравится. И если верховный жрец еще пытается слушать, Бэл отворачивается.
К счастью, все заканчивается. Объявляют новую участницу. Снова не меня…
— Нет, это точно злой рок, — подвожу итоги конкурса на выбывание.
Четвертая сати поет, пятая из бумаги складывает оригами, шестая делает мостик. Седьмая создает механизм из подручных средств. Восьмая, единственная представительница магов, его оживляет.
"Мое имя называют последним, и я понятия не имею, каким талантом блеснуть.
Выхожу к помосту. Мнусь, точно не выучившая урок школьница.
— Понимаю, выступать последней всегда сложно, — поддерживает Инке. — Но чем сложнее испытание, тем слаще победа. Не правда ли?
Соглашаюсь — а что еще остается?
— Буду читать рэп — объявляю и боюсь, что голос дрогнет. Беру себя в руки, делаю невозмутимое лицо и на вопросительные взгляды отвечаю: — Это исполнение словесного речитатива под ритмичную музыку.
И наверняка последний. Часто на уроках приходилось отбирать у мальчишек записки с текстами. А в последние годы и девчонки увлеклись рэпом. Рифмованные признания в любви — это что-то с чем-то. Если выбросить из них мат и блатные словечки, выйдет неподражаемо.
— Мы все в предвкушении, — поддерживает Бэл.
Прокручиваю в голове подходящую мелодию — бит, кажется, так это называется. Пытаюсь изобразить несколько виденных движений и начинаю:
«Схожу с ума, читая эти строчки.
А мне все нипочем, хочу дойти до точки
Тут про любовь говорили много разного
Но я не верю словам, в них слишком мало ясного».
Удивлению жрецов нет предела. Виллин начинает качать головой в такт речитативу. Бэл сдержаннее кивает, Хэл перестает зевать и неверяще хлопает глазами.
