Автор
Закрыв дверь СИЗО за собой, я с облегчением опускаю руки. Эти стены казались гигантскими мешками, скрывающими меня от свободы уже полтора месяца. Но наконец-то свобода возвращается — и это не просто слово или надежда, а реальность, которую можно ощутить в каждом дыхании....
Но я не могу так легко сдаться и сказать, что не простила его, конечно, но готова начать с чистого листа.
Соскучилась я по нему. Жутко.
Смотрела на его фотографии по ночам и рыдала. Но это время мне хорошо помогло. Осознала многое. Выросла духовно. Хоть сейчас и веду себя, как ребёнок.
Но, когда дело заходит о малыше, опять теряю контроль. Опускаю ладони на живот, аккуратно поглаживаю его и довольно произношу:
– Мальчик.
Вырастит таким же серьёзным, как папа. Я уверена. После того, как залетела, начала смотреть политические новости.
– Я рад.
Скупо."
"Но как только поднимаю взгляд на Вернера, который подходит ко мне, поднимая руки для обнимашек, и смотрю ему в глаза, всё понимаю. Рад.
Но я ошибаюсь, когда думаю, что он меня сейчас обнимет.
Нет. Опускает ладони мне на щёки и чуть сдавливает их.
– Ты милая, – два слова, которые заставляют покраснеть, а сердце остановиться. – И противная. За это тебя и люблю.
Я готова была выдержать, что угодно.
Но не этих слов.
Мне говорили, что любят меня.
Громов. Но он это делал не искренне.
А сейчас…
Я чувствую это тепло с его стороны. Настоящее, тягучее, приятное.
– Заставила меня ждать столько времени, – он обижен и разочарован. – Остыла?
Так и хочется выкрикнуть, что «да», но…
Не буду.
– Чуть-чуть, – двигаю губами, которых Влад сейчас касается пальцами. Не смогла ответить по-другому. Он сейчас такой милый. Или я просто так давно его не видела, что готова вешаться ему на шею? – Но я всё ещё злюсь.
Какой же он говнюк!
Но я ему благодарна. За то, что хотя бы пытался уберечь меня от всего дерьма. Отодвинем ложь на второй план. И за то, что не дал мне развод.
Ну, конечно, всегда можно пожениться ещё раз, но… Это давало мне надежду в последний месяц, что он вот-вот перешагнёт порог дома и скажет:
«Поднимай свой зад и пошла»
А этот придурок ждал.
И вот стоит передо мной, и не понимаю, чего он добивается.
– Из-за Генри?
Сглатываю и хочу закусить губу от этого имени, но из-за того, что Влад водит по ней пальцем – не могу.
– Я не знаю, что должен сделать, чтобы ты перестала злиться на меня, – он спокоен, а в голосе слышатся стальные нотки вины. – Можешь эксплуатировать меня, держать годами без секса…
Да я ж сама не выдержу!
– Но сейчас ты пойдёшь со мной. Я и так слишком долго дал тебе времени на раздумья. И, даже если ты скажешь «нет», сам запихну тебя в машину, – последнюю фразу он говорит серьёзно.
