Автор
Закрыв дверь СИЗО за собой, я с облегчением опускаю руки. Эти стены казались гигантскими мешками, скрывающими меня от свободы уже полтора месяца. Но наконец-то свобода возвращается — и это не просто слово или надежда, а реальность, которую можно ощутить в каждом дыхании....
А я не сопротивляюсь. Потому что не хочу. Желаю почувствовать его в себе.
Позволяю делать всё, что он хочет – спустить лямки лифа, обнажая грудь. Провести по острым соскам, что ноют от невнимания. Захватить в плен. Провести, поиграть, тем временем как вторая рука тянется к трусикам, спуская их по бёдрам.
– Так нечестно, – выпаливаю, когда рубашка на его теле начинает мешаться. – Я голая, а ты…
Одетый.
Хватаюсь за края ткани и снимаю, позволяя ей упасть на пол. Любуюсь твёрдой грудью, каждой рельефной мышцей.
Провожу ладонью по плечам, очерчиваю ключицы. Какой же он твёрдый… Так и хочется трогать. Касаться пальчиками каждого изгиба мышц.
– Ты ведь понимаешь, что заводишь меня ещё сильнее?
Скромно улыбаюсь и скольжу ладонями вниз. По кубикам пресса, тонкой, слегка видимой полоске волос. Касаюсь низа живота. И замираю, закусывая губу.
Поднимаю взгляд вверх.
Замедляюсь, вырисовывая по напряжённому животу витиеватые узоры.
– Понимаю, – отвечаю уклончиво. – Поэтому и делаю.
Расстёгиваю пуговку и перемещаю ладонь ещё ниже.
Влад неосознанно отстраняется, но позволяет дотронуться до него. Встать на слабые ноги и обхватить ладонью каменный стояк, что сейчас так удобно располагается внутри неё.
Бельё падает на пол, и я остаюсь полностью обнажённой.
Смотрю на внушительный бугорок и думаю.
А что, если?… Нет…
Меня и так может стошнить, а тут ещё он.
Тяну за собачку вниз, расстёгивая ширинку.
– Чем дольше ты это делаешь, тем сильнее растёт моё возбуждение. Я ведь тебя не отпущу, пока не насыщусь.
Я тоже.
От его слов начинаю волноваться. Быстрее стягиваю штаны в нетерпении, представляя, как он грубо, с силой возьмёт меня. Как делал это всегда.
Трусы спускаются следом. Я даже не рассматриваю розовую головку с выступающей прозрачной капелькой. Потому что хочу почувствовать её внутри.
– Быстрее, Лина.
Следует как приказ. Такой притягательный, безапелляционный, и от которого коленки трясутся. И страхом тут не пахнет. Скорее, похотью, диким притяжением.
Влад не выдерживает. Большие ладони обхватывают ягодицы. С силой сжимают, поднимают меня в воздух. Легко, без заминки.
Снова обхватываю его ногами, цепляясь тканью белья за большой палец. Выкидываю куда-то в сторону. Конец белью.
