Автор
Закрыв дверь СИЗО за собой, я с облегчением опускаю руки. Эти стены казались гигантскими мешками, скрывающими меня от свободы уже полтора месяца. Но наконец-то свобода возвращается — и это не просто слово или надежда, а реальность, которую можно ощутить в каждом дыхании....
– Я ведь говорил тебе, Каролина, – устало выдыхает. – Что бы ни произошло, солгала ты мне или нет, я тебя не отпущу. Я собственник. Пора это уже понять. Думаю, за это время ты должна была это увидеть. Тем более, не тогда, когда ты носишь под сердцем моего ребёнка.
С каждым его словом глаза округляются до предела. Готовы выпрыгнуть из орбит.
– Откуда ты?.. – даже я узнала об этом только сегодня! И тест остался в уборной ресторана. Ведь уронила его на пол.
– Знаю, – он открывает глаза и смотрит на меня из-под полуопущенных ресниц.
"Я резко встаю. Без раздумий, чисто от злобы. Убираю тяжёлую ладонь со своей талии и вскакиваю с кровати, обматываясь простынёю, что стаскиваю с наших тел.
Да, я ещё не до конца решила, что буду делать с тем, что сейчас зарождается внутри меня.
Готова была решиться на это, если бы хорошо подумала.
Но сейчас, когда Влад говорит эти слова, не оставляя мне выбора, хочу сделать всё наоборот.
Раньше я думала, что что-то значу для него. Вдруг, он даже любит. Своей больной, ненормальной любовью. Но нет.
Если бы любил, не сказал бы этих омерзительных слов.
Предоставил бы мне выбор, хоть и в душе лелея надежду, что я захочу оставить ребёнка.
Но теперь нет, не хочу. Потому что завтра же с утра отправлюсь в клинику. Сделала бы это даже сейчас, если бы на часах не было одиннадцати ночи.
Но сейчас не выдерживаю. Возможно, я на эмоциях, чего не отрицаю. И поутру моё решение вновь изменится, но сейчас – нет.
Хочу отсюда уйти и сделаю это, несмотря ни на что.
Поэтому разворачиваюсь, иду в гостиную. Там, где сейчас лежат мои вещи.
А за спиной слышу требовательный вопрос:
– И куда ты?
Подальше от тебя.
– Лина, не глупи. Сама же знаешь, что если перешагнёшь порог этой квартиры, в ту же секунду вернёшься обратно.
Он прав. Поэтому дождусь, пока он уснёт. Может, немного успокоюсь.
– Я буду спать на диване, – на моём любимом, неудобном, мать его, диване. Хотя, нет, не буду.
Лучше уж уберусь отсюда как можно быстрее.
На мои слова Вернер замолкает.
Скрываюсь в гостиной, незаметно подбираю свои вещи и одеваюсь. Чтобы он не услышал.
