Автор
Закрыв дверь СИЗО за собой, я с облегчением опускаю руки. Эти стены казались гигантскими мешками, скрывающими меня от свободы уже полтора месяца. Но наконец-то свобода возвращается — и это не просто слово или надежда, а реальность, которую можно ощутить в каждом дыхании....
И хоть у того человека ничего не вышло, до сих пор чувствую тот ужас. И страх. Как коленки тряслись, а я и крикнуть не могла.
Но тогда у меня никого и не было. Практически. Отцу было плевать на меня, как и матери. Я была для них всего лишь выгодным вложением. Которое не оправдалось.
Тогда была только Ксюша, что поддержала меня.
Но сейчас я не чувствую той животной паники, как тогда. Нет.
Поблизости есть люди. А ещё… У меня есть Влад. Который где-то ходит. А я тяну время. Но чувствую, если дело зайдёт далеко – начну кричать.
Пытаюсь решить всё тихо и мирно. Вдруг он ненормальный?
Он пытался меня задавить. Не удивлюсь, если у него и оружие при себе есть…
– Вернер ничего мне не сделает. За мной стоит власть. Могущественнее твоего жениха, – он пытается меня напугать? – Кстати, как быстро ты его сделала своим мужем. И так им восхищаешься. Он же слабак. Ничего не стоит. Только и может, что управлять компанией. Поэтому максимум, что он может сделать – составить какой-нибудь договор.
– Серьёзно?
Мы оба вздрагиваем, когда слышим знакомый и ненавистный для меня голос.
Резко поворачиваю голову в сторону, замечая проклятого Генри. Ухмыляется. Он редко, когда так делает, но метко. Стоит и язвит.
Ещё один. Для полного комплекта проблем мне его сейчас как раз и не хватает. Но… Никогда не думала, что скажу это…
Я рада его видеть.
– А ты ещё кто такой? – недоумённо хмурится Громов, продолжая держать мои запястья. Сильнее стискивает их пальцами и вырывает из меня недовольное шипение.
Проклятый ублюдок.
– Нет, ты погоди, – Генри делает шаг вперёд. Делает вид, что чего-то не понимает.
Расслаблен гад.
Руки в карманах белых штанов. Идёт вальяжно, будто это не меня сейчас к шкафчику прижимают и коленом ноги раздвигают.
– То есть Влад, владелец крупной корпорации, известной во всём мире – слабак, и ничего не решит? Он, конечно, иногда бывает слишком мягок. Особенно с этой бестией…
Он кивает в мою сторону, а я совершенно не понимаю, чего он творит. Поговорить сюда пришёл?
Так валите оба отсюда, раз так не терпится поболтать!
– Но! – поднимает палец вверх, и уголки губ его растягиваются в улыбку.
Генри неожиданно кладёт руку на плечо Громова. Сбрасывает невидимую пыль. А потом резко сжимает плечо Лёши так, что тот напрягается ещё сильнее.
