Автор
На рисунках Номинары — любимой дочери владыки Киото — проступает необычайное умиротворение. А Наоми, ее заботливая жена-дама, погруженная в свой творческий мир, старательно рисует иероглиф «отчуждение». Кисточка для туши в специальной подставке — обычное приспособление, но сегодня оно становится ключом к загадочному предназначению его владельца....
Похоже, «Жена самурая (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Таро набросился на мальчишку с кулаками, словно он не самурай, а крестьянин.
— Но ты знаешь, почему он так поступил?
— Это не имеет значения, — отрезал Такеши. — Какой бы ни была причина — мой сын не должен так поступать.
— А ты спрашивал его? — Наоми смахнула с глаз упавшую на лоб прядь.
— Да. Таро молчит, — он хмыкнул скорее довольно, чем нет. — Не тревожься об этом. Мальчишка знал, чем все закончится.
Она подавила вздох. Легко сказать — «не тревожься»! Словно беспокойством было легко управлять! Конечно же, она волновалась и переживала.
— Я не могу не тревожиться, — она грустно улыбнулась. — Я его мать.
— Знаешь, на второй год, когда мы поехали в Камакуру, Санэтомо-кун тоже затеял драку прямо во время чайной церемонии, — Такеши хмыкнул. — Я тогда подумал, что, будь он моим сыном, то не смог бы еще неделю сидеть после порки за подобную выходку.
— Но?..
— Но, как видишь, я размяк за прошедшие годы, — он продолжал улыбаться. — И Таро сидел верхом уже через пару дней.
— Такеши… — Наоми покачала головой.
"— Она не хотела тебя тревожить. Ханами сказала, что лекарь дал тебе вчера настойку, после которой ты должна была спать почти сутки, — Такеши неторопливо снял с пояса катану и вместе с кинжалом привычно разместил ее на специальной подставке. Он прошелся по комнате, скинул куртку и умылся холодной водой из кувшина, разбрызгивая капли по татами.
— Кажется, я слишком привыкла к его травкам, и они перестали на меня действовать, — она села и подтянула прикрытые тонкой простыней колени к груди, обхватила их ладонями и положила на правое острый подбородок. — Я проснулась еще на рассвете.
— Я скажу Хоши, что ты не спишь.
— Как Санэтомо-кун? — Наоми улыбнулась, вспоминая неприкрыто восхищенный взгляд юноши. — Все еще от тебя без ума?
Такеши хмыкнул и подошел к ней и опустился рядом на татами, и Наоми скользнула ему под руку, поцеловала колючий от щетины подборок и шепнула на выдохе в губы:
— Как долго ты не был дома…
Такеши обнял ее в ответ, сжал в кулак пушистую косу, провел раскрытой ладонью по спине, сосчитав все позвонки — болезнь иссушила Наоми, и та исхудала.
— Санэтомо-кун все еще смотрит на нашу дочь щенячьими глазами, — заговорил Такеши, когда Наоми разорвала их поцелуй, слегка отстранившись.
