Чтобы она, значит, ни в чем отказа не знала. Так ее любил. А леди… Очень уж она его ждала. Скучала. Все у окна стояла, да на ворота смотрела. Весь вечер и полночи.
— И как? Приехал ее возлюбленный? — я подтолкнула к Ойзе блюдо с последним пирожным. — Бери-бери, я уже наелась. Больше ни кусочка не влезет.
— Нет, не приехал, — вздохнула служанка. — Прислал письмо под утро. Уж что там в нем было, не знаю, да только леди очень расстроилась и сразу засобиралась в дорогу. А через некоторое время приехали дознаватели. Все вверх дном перевернули, да о нашей гостье выпытывали.
Девушка отложила недоеденное пирожное, наклонилась ко мне и, блестя глазами, сообщила громким шепотом:"
"— Сдается мне, леди эта с женихом-то своим против воли родных сошлась и сбежала из дома. Вот ее и искали. Меня тоже допрашивали. Да только что я сказать могла? Леди со мной не откровенничала и о своих планах не сообщала. Мы с ней только о пустяках разных беседовали... Вот, как с вами.
— Что, тоже о пирожных? — улыбнулась я.
— Да хоть и о пирожных, — неожиданно согласилась Ойза. — Она их очень любила. Вспоминала, какие вкусные лакомства в доме ее сестры готовят. Грустила, наверное, по семье. А еще сказала, что давно мечтала попробовать один очень редкий десерт, и скоро у нее появится такая возможность. Тогда она непременно сестре напишет.
— Что за десерт? — насторожилась я. — Мне бы тоже хотелось...
— Ой, название такое интересное, — хихикнула девушка. — «Горячий поцелуй». Нет, «жаркий»... Или все-таки «горячий»? Не помню точно.
— «Поцелуй», говоришь?..
Я допила взвар, посмотрела на пустое блюдо и кивнула Ойзе.
— Ладно, давай вытираться и одеваться. Боюсь, его милость уже заждался. А он особым терпением не отличается…
—«Горячий поцелуй», — задумчиво повторил Вэйден, когда мы остались вдвоем, и я пересказала наш с Ойзой разговор. — Моим людям она о десерте не говорила.
— Уверена, ей и в голову это не пришло. Где интересы безопасников, а где — любовь к пирожным? Совершенно несовместимые для простой девушки понятия.
Я отложила расческу и повернулась к герцогу, который нетерпеливо мерил шагами комнату, продолжая на ходу рассуждать:
— Если служанка ничего не перепутала, десерт, действительно, редкий, и Алемина планировала его в ближайшее время попробовать, значит, есть вероятность, что его готовят в одной из кондитерских Стакки.
— Фирменное блюдо, — подхватила я. — Надо найти эту кондитерскую. А там, надеюсь, и след виконтессы отыщется.
— Да, — Вэйден резко остановился и направился к выходу. — Я свяжусь со своими людьми, пусть выяснят, что это за заведение, а ты ложись спать, поздно уже…
Когда он вернулся, я уже устроилась в кровати, расположившись на самом краешке и по уши закутавшись в одеяло.