– Вы всё чаще поражаете меня, Поли, – проговорил Хилберт, перестав пристально меня изучать.
– Надеюсь, приятно? – Я попыталась отстраниться, но йонкер не пустил, продолжая обнимать за талию.
– Я пока не решил, – шепнул, склонившись к моему уху, слегка дотронувшись до него губами.
Убрал руку и отошёл сам, присоединяясь к спутникам. Решено было не задерживаться на месте и отправляться дальше как можно скорее: тогда, как сказал Науд, у нас ещё оставался шанс дойти к Хетзанду до темноты, а ночевать в Пустоши лишний раз никому не хотелось.
Правда, измотанные схваткой с тварями, мы шли всё же чуть медленнее, чем до неё. Лодыжка поначалу почти не беспокоила, но чем дальше, тем побаливала всё сильнее. И вскоре я вообще едва волокла ноги, хромая, да ещё и отягчённая опасливым любопытством всех, кто был рядом. Меня ни о чём не расспрашивали, но взгляды в мою сторону стали гораздо чаще. А охотник и вовсе постепенно подобрался поближе, медленно, словно прощупывал путь, желая понять, не встанет ли на нём Хилберт. Но йонкер хоть и наблюдал за ним, а препятствовать пока не пытался.
– И что же вы, вроу, – наконец заговорил со мной Науд, – много тварей можете заставить сбежать одновременно?
Я перевела взгляд с него на мужа, но тот, прекрасно расслышав вопрос охотника, вмешаться не поспешил. Однако по его выражению лица стало понятно, что распространяться о своих ощущениях и умениях пока не стоит. Иначе это может навести на другие мысли, которые ещё неизвестно, к чему приведут.
– Я не знаю. У меня не было больших возможностей проверить это. Сегодня первый раз.
– Да-да, я помню, – махнул рукой Науд. – В нашу прошлую встречу вы едва сумели совладать с одной химерой. И тряслись всё, как травинка. Но, раздери меня дохлый гарг, как много поменялось за это время.
– Боитесь? – Я улыбнулась, разглядывая его твёрдо очерченное лицо, только слегка смягчённое светлой бородой и почти невидимыми бровями.
– О нет. – Охотник пнул попавший под ногу камень. – Скорее надеюсь на вас. Очень надеюсь. И на Хилберта тоже.
Он повернулся к йонкеру и подмигнул ему. А у меня на душе стало как-то гадко. Потому что, если мы найдём оудов и они помогут мне вернуться в своё тело, то Волнпик я больше не увижу. Не будет меня и на повторном ритуале в Пустынном Храме. И я не узнаю никогда, сумел ли Хилберт помочь Изгнанным вновь обрести уверенность в собственной целостности. И все эти мысли мне отчего-то совсем не нравились.
Задумавшись, я и внимания не обратила, что Науд оставил меня в покое, зато Хилберт снова оказался рядом. Заметила только, когда он взял меня за руку.
И хотелось добавить, что мне хочется домой.