А через миг – ещё двое со спины.
– Зачем пришли? – прокаркал один из них без приветствий. – Науд? Ты, продажная шкура, служишь всем, кто одарит добром?
– Я помогаю тем, кому верю, – легко парировал тот. – Так что опустите оружие, ребят. Мы к Хетзанду.
– Судя по тому, что эти ребята вообще здесь, значит, мастер не один дома, – хмыкнул Хилберт, плавно опуская ладонь на рукоять меча.
– Пусть заходят, – донёсся из дома женский голос, от которого у меня в мозгу словно ледяной иглой стрельнуло.
– Поли! – попытался остановить меня йонкер, когда я первая двинулась к дому.
Его пальцы скользнули по запястью, но сомкнуться не успели. Дверь отворилась прямо перед моим носом – и тёмный взгляд мужчины, широкоплечего, но невысокого, с обрюзгшим лицом, впился в меня так, будто в холодные чернила макнул.
Неужели это и есть легендарный мастер-химера? Но он казался слишком молодым.
– Она знала, что на этот раз вы придёте. И вы, вроу ван Берг, тоже.
– Эдит здесь? А мениэр Хетзанд? – Я шагнула дальше – и незнакомец отступил, пропуская меня внутрь.
– Я здесь, – ответила та же девушка, что разрешила войти. – А вот, боюсь, мастер вас не мог дождаться. После того, как моя сестрица натравила на него порождения и те сожрали его почти полностью.
Что значит?.. Я недоумённо вперилась в неё, так и замерев на месте. Она полулежала на чём-то вроде кушетки, и её вид явно говорил о том, что ей уже несколько дней как нехорошо. Осунувшееся лицо аарди, совсем не похожее на то румяное и чуть округлое, что я видела в воспоминаниях Паулине, отсвечивало нездоровой желтизной. Глаза, наполненные всё той же злой решимостью, лихорадочно поблёскивали. Слегка оттолкнув меня, к ней подошёл один из тех мужчин, что встретили нас во дворе, и сел рядом.
Мои спутники тоже подтянулись внутрь, заполнив едва не от стены до стены всё пространство небольшого, скупо обставленного простой мебелью дома. Хилберт встал за моим плечом и легонько положил ладонь мне на поясницу.
– Здравствуйте, мениэр ван Берг, – с изрядным ехидством поздоровалась Эдит и благодарно улыбнулась мужчине, который подал ей какое-то горячее питьё.
– Здравствуйте, мейси, – кивнул йонкер. – Или уже вроу? Простите, я не знаю, кто вы теперь.
– А это и не важно. – Она пожала плечами. – Здесь многое становится неважным.
– Чего вы добиваетесь? – Я уже не хотела ничего скрывать, прекрасно понимая, что она видит меня насквозь. – Вы хотели забрать меня? Для чего?
– Я не хотела забрать вас, – огрызнулась Эдит. – Я хотела вразумить свою сестру, которая сначала собиралась поддержать меня, а потом трусливо сбежала. Она не захотела ответственности. Не захотела понять, как важно наше с ней дело для всех, кто оказался в Пустоши.
– Почему вы говорите о Паулине, как о?..