– Я не могу говорить с вашим затылком.
– А вам ещё есть что сказать? – Йонкер отлепился от стены и развернулся ко мне во всю ширину плеч.
Раздавил меня собой, даже не прикоснувшись. А я замолчала, сразу растеряв все острые и уверенные слова, которые так и вертелись на языке, но теперь вдруг схлынули куда-то в глубокую даль душного восхищения и опаски, которую я до сих пор ощущала рядом с ним. Не потому что он мог причинить мне боль, а – наверное – наоборот. Хилберт шагнул ко мне – я отшатнулась.
– Тогда скажу я, – почти рыкнул он. – Мне не нужна Паулине. И я искренне желаю, чтобы она провалилась куда подальше. И вернись она сейчас в это тело, как бы не дошло до беды. Но я всё понимаю. И понимаю ваше право и желание вернуться домой. Но всё же хотел бы… Хотел бы попросить остаться. Найти другой путь – может, у оудов, которые сумеют освободить силы Паулине.
– Но?.. – добавила я то, что повисло вслед за его словами.
– Но я не уверен, что вы захотите остаться. Что готовы поверить, будто я могу дать вам жизнь лучше той, которая встретила вас здесь. Что вам я хоть сколько-то близок… И вы хоть раз думали о том, чтобы оставить свой невероятный и безопасный мир ради меня.
Он остановился совсем близко. Спину уже ощутимо грел факел – ещё шаг, и кончик моей косы точно загорится. Я только вытянула руку перед собой, когда Хилберт качнулся навстречу, – и тут же оказалась зажата в его руках. Пальцами йонкер зарылся в мои волосы, раздирая сплетённые пряди – его дыхание пронеслось по шее горячим ветром.
– Хилберт, – я сбросила его руку с талии, но он вернул её обратно и прижал к себе крепче, – вы ведь понимаете, что оуды могут и не знать… Что может не быть другого пути… Тогда вы будете обречены. И Орден, и химеры.
– Есть то, что сильнее меня, Поли. – Он почти простонал моё имя. – Что сильнее разума.
О да, я знала. И сейчас чувствовала невыносимо сильно каждой частичкой себя. Голос Хилберта звучал так низко и мягко, что в животе мигом потеплело и томительная тяжесть помалу начала оседать между ног.
– Я не смогу жить дальше спокойно, зная, от чего вам пришлось отказаться…
– А жить дальше без… нас? – Он посмотрел мне в глаза сквозь зыбкий оранжевый мрак.
– Я… Я научусь. Зная, что вы здесь живы. Что с вами всё хорошо.
– Что ж, – усмехнулся одним уголком рта Хилберт. – Я привык бороться с тем, что сильнее. Справлюсь и с этим.
Он всё же слегка коснулся губами моей щеки и отступил. Я успела поймать взглядом огонь в его глазах – то ли внутренний, то ли отражение факела за моей спиной. В голове ощутимо плыло.
– Очень на это надеюсь, – вздохнула, опуская взгляд.
Хилберт приостановил шаг на мгновение, но всё же вернулся в дом.
– Не стойте здесь одна, – бросил, прежде чем войти.