Я с трудом выдерживаю это нежное обнимание, но каждый прикосновение делает меня еще hotter. Его дыхание на моем ухе усиливает жар и желание, словно поток золотистого пламени разгорается внутри меня. Внутренний лес трепещет от ожидания сладких поцелуев, готовый прорваться сквозь плотный кружевной одеяние моей сексуальности....
Похоже, «Жена в подарок» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Сил-то у меня не так много. Впрочем, можно и расстегнуть пуговички. Чем я и занялась.
— Что ты делаешь? — вмиг севшим голосом поинтересовался муж.
— А разве не видно? — огрызнулась я. — Раздеваю вас.
— Зачем?
Мне так и хотелось ответить: насиловать буду, но я сдержалась.
— Хочу посмотреть, есть ли у вас брачная татуировка или только мне досталось это украшение.
— Что?
— Раздеваю, — снова повторила, продолжив бороться с пуговичками. — Насколько я поняла татуировки должны быть у обоих супругов, но ваша — на спине, а не на шее, как у меня.
На самом деле я практически закончила с пуговицами. Вообще, я когда целью задаюсь — иду до конца и напролом. А потому пусть сколько угодно таращится и в изумлении рот открывает, пока татуировку своими глазами не увижу, не отпущу.
Руки в нетерпении коснулись обнаженного торса… Мамочки! Какой он у него! Нет, не подумайте, это вскользь вышло, когда я наконец расстегнула ему рубашку и попыталась ее снять. Но отказать себе в том, чтобы пощупать? Я что, дура?
— Ничего себе, — пробормотала я, увлекшись изучением живота мужа.
— Каменные? — хриплым эхом переспросил он.
Вот он сегодня явно попугаем подрабатывает.
— Ну да, — не стушевалась я. — Сами смотрите.
И вновь пальчиками пробежалась по торсу. Кубики, самые настоящие, те самые, которыми грезят девчонки, представляя идеальный торс мужчины. Даже демонстративно ногтем потыкала, показывая, что вот они и есть каменные, про них говорю.
— Долго тренироваться пришлось?
— Тренироваться? — опять, как радио сломанное, выдохнул муж последнее слово на повторе.
— Конечно, с такой фигурой вряд ли можно родиться. — Легонько поглаживая горячую кожу, невозмутимо сообщила я. — Это результат явно долгих и упорных тренировок. Потрясающе. Тоже такие хочу…
— Такие же? — потрясенно уставились на меня.
А ничего так, красивые у него глаза, и взгляд глубокий, завораживающий, с затуманенной то ли яростью, то ли страстью. А ведь нравятся, нравятся ему мои касания!
Невесомо прошлась вверх-вниз по идеальной груди к ключице и с сожалением остановилась на плечах.
— Да, — ответила ему, — мне кажется, мне бы пошло…
И наконец сделала рывок, снимая с него рубашку. Ну как снимая, осталась у него на локтях болтаться, однако спину я таки оголила. Ура мне! Одно плохо, времени бы на пощупать побольше!
— Нет! — выдохнули мне прямо в лицо.
— Чего нет? Раздевать нельзя? Так я уже.
