— В обмен на свои услуги шейсы выпросили лишь тюремный блок со своими останками, мотивировав просьбу тем, что хотят достойно похоронить…
— Себя? — хмыкнул Араван.
— Типа того. — Я невесело улыбнулась.
— Бред! — мрачно произнес он.
И я поняла, что обожаю братика! Вот обожаю, и все, за ум, догадливость и сообразительность!
— Ты вот сразу понял, Ар, а тары нет! — воскликнула я. — Они даже не снизошли до того, чтобы подумать! Они сходили в Каарду, извлекли тюремный блок и, не распечатывая, выдали эйтнам. А те уволокли громадину в подземелья, устроили там себе храм и начали размножаться.
— Как размножаться? — переспросил Ар.
— Эйтнами, — пояснила я, — они же все жить хотели, вот им и требовалось как минимум полторы тысячи эйтн.
— Как минимум? — отозвалась мама. — А что с максимумом?
Я промолчала, но мама у меня умная и начала догадываться:
— Мутация была конечна, так? — Голос ее стал хриплым. — А значит, со временем женщины полностью менялись и… Киран, они ведь не убивали тех, чьи тела больше не могли выполнять функцию эйтн, так?!
У мамы по жизни имелась одна проблемка — она сильно умная! Вот слишком даже! Зато у меня проблем нет, и я это — умею молчать!
Игнорируя мамин крик, я продолжила рассказывать:
— Но не только у таров были проблемы с мозгами, я так подозреваю, что и шейсы с умом не особо дружат, и тот первый шейс, что их «спас», чего-то не поделил со своими соплеменниками и ушел в массы.
— Как это? — не понял Ар.
Поморщившись, честно призналась:
— Я мало что знаю про этот момент, но тары поселились на обособленном материке, так?
Ар кивнул и подтвердил:
— У правящего клана материк самый маленький на планете, но ты права — обособленный. Дальше.
Мама на меня сверкала глазами, она ход со сменой темы разговора засекла быстро, однако тоже внимательно слушала.
— Ну так вот, — продолжила я, — лет триста назад среди племен местного населения появился один крайне умный индивид, который встал во главе какого-то племени, а после объединил их всех, научил строить корабли и повел в бой на таров.
— Ашерхад, — потрясенно сказала мама.
— Не знаю, Гарданг его имени не сообщил. — Я пожала плечами.
— Гарданг? — изумилась мама. — Ты говорила с Гардангом?
Я кивнула, мама хмыкнула и поинтересовалась:
— Умная сволочь, — была вынуждена признать я, памятуя о нашем прорыве в Каарду и его распоряжениях, — прям как ты, мам.