В темном зале, где свет отражается от магического кинжала у горла, сердце Николетты стучит как никогда быстро. Она почти фыркнула от собственных мыслей о жарке и ожогах, не замечая угрозы смертельной близости кинжала. Это написано Женаты по договору — повествование о мире призраков и опасностях, где каждое слово важно в игре жизни и смерти....
Я любила его. Но ладно, об этом потом. Что с Мейнором?
— Яд мантикоры.
А вот это было страшно.
Все знают, что яд мантикоры смертельный.
— Противоядие? — одними губами прошептала я, чувствуя, как от ужаса и накатившей паники занемели пальцы на руках. — Есть же противоядие…
— Есть. Мы дали. Но яд уже распространился, когда мы его нашли. Мейнор слишком долго оставался без помощи.
— Что значит ""когда вы его нашли""? — спросила я, подаваясь вперед. — Он был один? Почему? Что там случилось?
Эмир неловко хмыкнул.
— Вам лучше обсудить произошедшее с мужем.
— И я обсужу. Но сейчас хочу услышать историю от вас. Почему он был один? Вы же собирались идти командой. Или я что-то путаю?
— Нет, не путаете, — кивнул демон, тяжело вздохнул и нехотя продолжил: — Мы и были командой. Но Мейн-оир решил, что этот маг в маске захочет поквитаться с ним лично, заманит в ловушку. И он… он позволил себя заманить.
— Позволил заманить? Сыграл роль наживки?
— Да. Пока маг отвлекся, пытался убить Мейн-оира, мы вытаскивали вашего отца.
"Попадись мне сейчас муж, я бы его… стукнула.
Как он мог так рисковать?
— И что было дальше? — сухо спросила я.
— Мы точно не знаем. Мейн-оир каким-то образом смог вырваться из ловушки и оказаться в коридоре, где мы его и нашли с раной на спине и ядом в крови.
— Ясно.
— Не переживайте, Николетта. Он поправится. Мы, демоны, менее восприимчивы к яду тварей Пустоты. Мейн-оир не так глуп, чтобы позволить себя так легко покалечить. Мы успели оказать ему помощь. Теперь все будет хорошо.
Хорошо? Когда же будет это хорошо, когда кругом одни неприятности?
А ведь до королевской свадьбы и возможного переворота осталась всего неделя.
Да и как я могла не переживать теперь, узнав, что мой муж едва не погиб из-за собственной самоуверенности и стремления спасти моего отца.
— А тот маг?
— Исчез.
А вот это уже плохо.
Ехали мы долго. Около часа. За это время я успела разозлиться на мужа еще больше, всхлипнуть пару раз, вспомнив Брэндона, попереживать о папе. И так и не решила, чего хочу больше — обнять мужа или стукнуть.
Наверное, первый вариант. Бить его сейчас нельзя. Он же ранен.
— Прибыли, — произнес Эмир, когда сани остановились у неприметного одноэтажного домика с заснеженной крышей и высоким забором.
Домик может и неприметный и место обычное, но защитной магией тут фонило так, что волоски становились дыбом.
— Мне вновь придется вас нести, Николетта, — произнес Эмир, первым выбираясь наружу. — Здесь сугробы и лед.
Надо — значит надо.
