В темном зале, где свет отражается от магического кинжала у горла, сердце Николетты стучит как никогда быстро. Она почти фыркнула от собственных мыслей о жарке и ожогах, не замечая угрозы смертельной близости кинжала. Это написано Женаты по договору — повествование о мире призраков и опасностях, где каждое слово важно в игре жизни и смерти....
Теперь, когда мы стояли, кругом было так тихо, что слышалось хриплое дыхание уставших лошадей. Радовало то, что и хищников тоже не было слышно.
Но глаза в ночи никуда не делись.
Или это не глаза?
Теперь я уже не была так в этом уверена.
— Давай руку.
Муж уже спустился на землю и теперь протягивал мне руку, чтобы я, спускаясь по небольшой и неудобной лесенке, не сломала себе шею.
— Мейнор… что это?! — уже не скрывая своего потрясения, ахнула я."
"Только было темно, туман стелился по земле, а тут вдруг стало светло.
— Секрет Пустоши, — улыбнулся муж, подводя меня к одному из кустарников на обочине, который сейчас горел оранжево-желтым светом.
Не весь, конечно, горел, а его цветы. Те самые тонкие иголки, вдруг распустились желтыми цветами невероятной красоты и засияли ярким светом.
— Это потрясающе, — прошептала я, протягивая руку, но светящегося цветка так и не коснулась.
Жара не было, но всё равно рисковать не хотелось.
— Они… они же осветили все кругом. Словно огоньки.
Их и зовут огнецветами. Волшебные цветы. Днем они спят, а ночами распускаются, озаряя все вокруг волшебным светом.
— Как красиво.
Я убрала руку и медленно осмотрелась, пристально изучая Пустошь, которая так преобразилась за эти минуты.
Исчезла безликость и пустота, все кругом заиграло яркими красками от бледно-лимонного до ярко-красного цвета. Видимо, расцветка зависела от возраста растения и его размера.
Я словно очутилась в древней сказке.
— Волшебно.
У меня кончились эпитеты, способные описать это волшебство.
— Я знал, что тебе понравится, — отозвался Мейнор, который стоял в сторонке и все это время за мной наблюдал, убрав руки в карманы брюк.
Мягкая улыбка озарила его лицо, делая таким близким и родным.
Я больше не воспринимала Мейнора как грозного демона, опасного и таинственного. Тайн у него, конечно, меньше не стало, но чужим он точно не был.
— Это невероятно. Никогда не видела подобного, — отозвалась я, внезапно поняв, что широко улыбаюсь.
— И не увидишь. Это сокровище Пустоши. Одна из множества её загадок, которые мы тщательно охраняем от чужаков.
— Знаешь, — подходя поближе к кусту, произнесла я и пристально всмотрелась в цветок.
Конечно, было немного неприятно, горел он ярко. Но я смогла увидеть каждый длинный лепесток, красные тычинки и даже почувствовала легкий, едва различимый аромат.
Цветы не только ярко горели, они еще приятно пахли.
