В тихой часовне, расположенной на границе двух распаленных вражды семей, собрались сотни гостей — все они вынуждены были присутствовать на церемонии, которая должна была стать залогом примирения. Теперь стояли с каменными лицами, не сводя нас глаз. Мертвенная тишина словно бы застыла в воздухе — звенящая, пронзительная и такая стылая, что дрожь холодной иголки пробежала по позвоночнику....
Но не только у меня! Коннор! Он же такой же!»
— Я оставила подробные инструкции. Их обязательно тебе отдадут. Обратись в обитель Хоторнов, они помогут. Помни, что от тебя теперь зависит все! Обратись, и твоя кровь поможет найти тебе ответы на все вопросы.
Голос затих, и в ту же секунду шарик мигнул в последний раз и погас.
Меня колотило. Так сильно, что зубы стучали друг от друга, а я с трудом могла усидеть на кровати, которая задрожала вместе со мной.
Многое становилось понятным.
Например, тот прорыв у каньона, который я закрыла всего за пару секунд.
Я взглянула на свой палец, на котором темнела ранка от иголки.
— Неужели это правда?!
В груди медленно разливалось живительное тепло, которое распространялось по всему телу, возрождая к жизни. Будто лучик света прорвался сквозь темную тучу, освещая все вокруг!
У меня снова появилась цель! Цель, ради которой стоило бороться, сражаться и идти напролом.
— Айрин? — В дверь нерешительно постучал Питер и, не дождавшись моего ответа, открыл ее и зашел в комнатку. — Ты в порядке?
Наверное, мужчина боялся, как бы я здесь не попыталась свести счеты с жизнью.
— Откуда у тебя этот медальон? — резко спросила я, подскакивая с кровати и бросаясь к нему.
— Он хранился в моей семье много лет. А в чем дело?
— У тебя в семье? — не поверила я.
Мне казалось, что он должен быть у Хоторнов!
— Да. Семейная реликвия.
— Я знаю. Этот медальон принадлежал дочери Орела Монрея.
— У него не было дочерей, — заметил Питер, взглянув на меня еще более подозрительно.
Кажется, он решил, что я тронулась умом.
— Была. Младшая дочь, которая стояла у истоков Хоторнов! Именно они с мужем начали создавать лабиринт! И именно ей принадлежала идея овладеть Темной магией для борьбы с прорывами! — торжественно произнесла я, едва не подпрыгивая от нетерпения.
Но мужчина моих восторгов не разделял. Взгляд Питера стал более обеспокоенным.
— Айрин, лабиринт был создан через сотню лет после первого прорыва и создания купола. Если бы у Орела Монрея была дочь, то она бы точно не смогла создать лабиринт, — мягко и терпеливо объяснил он мне. — Но идея, конечно, очень интересная. Мы обязательно ее рассмотрим, но позже. А теперь тебе стоит пойти со мной.
И потянулся для того, чтобы забрать у меня медальон.
