В тихой часовне, расположенной на границе двух распаленных вражды семей, собрались сотни гостей — все они вынуждены были присутствовать на церемонии, которая должна была стать залогом примирения. Теперь стояли с каменными лицами, не сводя нас глаз. Мертвенная тишина словно бы застыла в воздухе — звенящая, пронзительная и такая стылая, что дрожь холодной иголки пробежала по позвоночнику....
— Самый лучший.
— Я воин. Всегда был и всегда буду. Все эти интриги, закулисные игры и козни точно не для меня.
— Вот именно. Не надо больше интриг. Семья Монрей нуждается в другой жизни. И ты как никто это знаешь.
Питер с досадой взглянул на меня, явно готовясь возразить.
— Послушай. — Я встала с кресла и шагнула к нему, осторожно касаясь плеча и заглядывая в глаза. — Ты же сам понимаешь, что новый купол — это лишь начало. Впереди много работы. Изменения, которые не каждый сможет и готов будет принять.
— О да, советники Монрей взбунтуются, — кисло усмехнулся Питер.
— Так набери новых. Тех, кому будешь доверять, мнение которых готов услышать.
— Отчего же ты сама не встанешь во главе?
— Тебя они еще примут, а меня — точно нет. Я женщина."
"Моя ладонь скользнула по его плечу, но Питер успел ее поймать и сжать в руке, поднося к своим губам.
— Ты счастлива, Айрин? — тихо спросил мужчина, глядя меня в глаза.
— Да, — честно призналась ему. — И хочу, чтобы и ты был счастлив.
Питер отпустил мою руку и отвернулся.
— У тебя странные представления о моем счастье. Но хорошо, я подумаю над предложением Императора.
— Спасибо.
◊ ◊ ◊
Свадьбу перенести нам так и не позволили.
Несмотря на нетерпение Коннора и его стремление как можно быстрее возобновить клятвы, первой не выдержала я.
Те минуты, которые я провела в небытии, на грани жизни и смерти, когда отдавала свою жизнь, силы и кровь, не прошли даром.
Если днем еще как-то удавалось держаться, не вспоминая о страшной темноте и жутком холоде, пробирающем до костей, то, когда наступала ночь, кошмар возвращался.
Я спала под двумя одеялами, накрывшись сверху еще и покрывалом, с камином, в котором никогда не гас огонь, и светильником, который всегда горел, рассеивая темноту ночи.
Но это все равно не помогало. Я мерзла, дрожала и засыпала лишь под утро.
Единственным моим спасением был Коннор. Именно в его руках я умудрялась дремать днем во время поездок.
Шла третья неделя нашего путешествия.
Той ночью мы объезжали северные земли. Совсем недалеко был тот самый городок, в котором я целый месяц работала магичкой в отеле. Размышляя о том, что надо обязательно навестить Нину, я лежала, глядя в потолок, и мерзла.
А сон все не шел.
Единственным моим желанием было, чтобы поскорее наступило утро.
